Я не мог не испытывать благоговения перед местом, в которое меня принесли. Белые мраморные стены и сводчатые потолки говорили о богатстве, превосходящем все, что я когда-либо видел. Я бы обанкротился, пытаясь купить хотя бы одну из люстр, сверкающих, как миниатюрные созвездия, в коридоре, в котором стоял на коленях.

Прежде чем я успел осознать величие места, в котором находился, дверь напротив большого коридора распахнулась. Я узнал фигуру, которая шла мне навстречу.

Это был Робин Гудфеллоу, мой адвокат-фейри. Его руки были широко раскинуты в приветствии, а сияющая улыбка озаряла лицо. Его движения были плавными, как будто вся его жизнь была поставлена хореографом. Но больше всего, кроме нелепого смокинга, выделялись его блестящие золотые глаза, яркие, как день, по сравнению с бездной Ориона.

"Наконец-то!" воскликнул Робин, восторженно хлопая в ладоши. "Должен признаться, я уже начал беспокоиться, что ты так и не появишься. Между нами говоря, королеву уже порядком раздражало твое бездельничанье и... ТЫ ИСТЕКАЕШЬ КРОВЬЮ НА ПОЛУ КОРОЛЕВЫ?" Его голос поднялся до громоподобного крика, когда он резко остановился, и на лице промелькнуло выражение ужаса.

"О, да, извини за это", - сказал я. "Я прибыл как раз в тот момент, когда меня убивал демон".

Робин издал слабый задыхающийся звук.

"Не хочу показаться зарвавшимся гостем, но, ты не мог бы принести бинт или что-то в этом роде? Может еще какие-нибудь костыли?"

"Мэтью, ты мне нравишься, - сказал Робин напряженным тоном, его лицо слегка посерело, - поэтому я предам почти все, что делает меня Фейри, чтобы дать тебе один бесплатный совет: Никогда. Не. Оставляй. Свою. Кровь. Здесь."

Холодок поселился у меня в животе, когда я посмотрел вниз на лужу крови, растекшуюся вокруг моей правой ноги. Если бы Орион присутствовал здесь, он бы дал мне подзатыльник за то, что я забыл один из его самых важных уроков. В мире, наполненном магией и чудовищами, не было ничего хорошего в том, что кто-то завладеет моей кровью. У меня было много врагов, которые были бы рады получить ко мне доступ. Кровь магически связана с телом, из которого взята. В ней есть ДНК. Дать кому-то свою кровь было равносильно тому, чтобы дать магический эквивалент ключа от дома: с его помощью они могли войти внутрь в любое время.

"Ах, да", - сказал я, пытаясь придумать, как мне все это убрать. Я начал отрывать ткань от рукава, пытаясь превратить рубашку в жалкое бумажное полотенце.

"Я могу помочь!" прокричал в моей голове звонкий голос Уиллоу.

"Хорошо, но, может быть, поставить нагрев на низкий уровень?" нерешительно ответил я. "Я не могу позволить себе заменить что-либо в этой комнате".

"Будет сделано, босс".

Мои руки снова вспыхнули, меньшим, более холодным пламенем, и я опустился на колени, обжигая свою кровь, пока она не сгорела. Весь процесс, кстати, ужасно пах. Не рекомендую.

"Ты владеешь Уиллоу". Голос Робина был ровным, когда он рассматривал меня с другого конца комнаты. Его ослепительная улыбка исчезла. Он уставился на меня прищуренными глазами, золотистые зрачки которых были похожи на пару восходящих солнц.

"Их больше, чем один?" спросил я удивленно. "Я думал, что это скорее название, чем вид".

"И то, и другое!" Уиллоу ответил у меня в голове.

"И то, и другое", - ответил Робин, пожав плечами.

Думаю, мне не стоило удивляться. Фейри относятся к вопросам и информации на вес золота. Мне нужно было вернуться к этому образу мышления, если я собирался выжить здесь.

"Итак, насчет повязки..." сказал я, стараясь, чтобы это не звучало так, будто я предлагаю сделку. "Не думаю, что прилично истекать кровью во дворце, особенно когда меня пригласили".

Робин бросил на меня откровенный взгляд. "Исцеление - один из величайших даров, которые только можно получить". Он на мгновение заколебался, с деловитым видом разглядывая мою лодыжку. "И все же, когда собираешься плавать с акулами, лучше не добавлять кровь в воду".

Ой.

"Я могу помочь с этим, если хочешь", - нерешительно прозвучал голос Уиллоу в моем сознании. Я почувствовал прилив интуиции, когда понял, о чем говорит дух. Это было похоже на идею картины, переданную без зрительных образов. Я почувствовал фантомную боль от раскаленного железа и поморщился. Прижигать собственную ногу звучало невесело, но это было лучше, чем быть обязанной какому-то фейри.

"Сделай это", - приказал я Уиллоу. Я был немного шокирован тем, как уверенно прозвучал мой голос.

Пламя моей правой руки стало ярче, и я впервые почувствовал волны жара, исходящие от моего собственного огня. Отказываясь позволять себе думать, я присел на корточки и левой рукой задрал штанину, обнажив длинную царапину размером с мою ладонь. Рана была не очень глубокой, но густая красная кровь все еще сочилась по всей ее длине.

"Йеееее", - сказал я, полагая, что так всегда говорили ковбои, прежде чем клеймить коров. Стиснув зубы, я раскаленными пальцами закрыл рану и сплавил два края вместе.