Глаза нефилима немного прояснились от моих слов, и она медленно моргнула. Хармони выглядела так, словно только что очнулась от долгого сна и понятия не имела, где находится. Я мог ее понять. Даже легкая версия музыки Клариссы оставила меня ошеломленным и сбитым с толку. Уверен, что полная доза подействовала бы на меня как тонна кирпичей.

«Она заставила меня это сделать», — воскликнула Хармони, когда к ней вернулись воспоминания. Затем уронила голову на руки и снова зарыдала.

«Знаю», — сказал я, стараясь утешить ее. «Мы видели трубу. Но у тебя не было выбора. Она контролировала тебя».

«Я дала клятву!» — закричала она, теперь уже истерически рыдая. «Я дала торжественную клятву, и нарушила ее».

«Какую клятву?» — спросил я, обменявшись обеспокоенным взглядом с Алексом. Он все еще был в наушниках, но наш язык тела не слишком тонкий. Ему не нужно было слышать разговор, чтобы понять, что что-то не так.

«Не создавать оружия. Использовать свое искусство только для красоты, а не для войны».

«Ну, если подумать, это было довольно красиво», — заметил я, глядя на трубу, лежащую на земле. «Возможно, это не считается».

«Ты не понимаешь», — рыдала она, не глядя на меня. «Она убьет меня». «Кто?» — спросил я, все еще не понимая.

ХРУСТ.

Мой допрос прервал ужасный скрежещущий звук. Я обернулся и увидел Ориона, стоящего на спине монстра и вытаскивающего свой клинок из его головы. Затем он стал спускаться с него с непринужденной уверенностью серфера.

Ноги огромного монстра подкосились, и он рухнул на пол. Напряжение исчезло из его хвоста, и он, казалось, сдулся, съеживаясь по мере того, как угасала его жизнь. Он издал последний хрип, когда Охотник с мрачной улыбкой на лице сошел с его туши. Его серая рубашка была разрезана в двух местах, но в остальном он казался в порядке.

Он шагнул к нам, все еще крепко сжимая в руке горящий клинок. Хармони тихонько пискнула, возможно от страха, а может, от чего-то иного, вроде фанатского восторга. Орион производит такое впечатление на многих младших нефилимов. Но, честно говоря, кто может их винить?

«Ты ранена?» — спросил он Хармони, приседая перед ней. Его брови были нахмурены в напряжении. Бремя ответственности, которое он нес на своих плечах как хранитель этой территории, требовало от него защищать свое племя.

«Не физически», — всхлипнула она, снова закрывая лицо руками. «Но я нарушила клятву, данную моей прапрапрабабушке».

«Месе?» — спросил я, и она кивнула.

«Она заставила меня поклясться, что я не буду использовать ее наследие для насилия, только для красоты, и я нарушила эту клятву. Меса, Меса, Меса, услышь мои слова и прими извинения». Я удивленно моргнул, увидев, как она умоляет пустое пространство. Казалось немного преждевременным начинать просить...

«Да, дитя, ты нарушила». За нами раздался звонкий женский голос, полный силы.

Казалось, из комнаты выкачали весь воздух. Как один, мы повернулись к незнакомке, стоявшей в центре. Она была высокой, выше Ориона. В этом подземном месте было трудно определить, но я бы предположил, что она возвышалась по меньшей мере на десять футов.

Она была в плотной белой вуали, которая ниспадала на лицо, полностью скрывая его. На ней было светлое платье в тон и гладиаторские сандалии, ремешки которых обвивались вокруг лодыжек, словно змеи. Я онемел от удивления, когда поняла, что Хармони только что вызвала своего предка в круг, в котором мы все находились. Так делать не положено. Когда вы оба находитесь по одну сторону линии, от Бессмертных нет защиты.

«Ты нарушила свою клятву и должна заплатить за это», — объявила Меса, средняя из Муз, возвышаясь над нами, как призрак суда.

Глава 13

«Прости меня!» — еще раз взмолилась Хармони, падая на колени перед своим предком полубогиней. Слезы текли по ее лицу, пока она унижалась. Я ощутил жалость. Эта бедная девушка оказалась втянута в нечто гораздо большее, чем она сама. Она не принимала решения нарушить свою клятву; это было сделано за нее, под принуждением. Я знаю, как это ужасно.

«Я просила тебя об одном, Хармони», — ответила Меса в ярости, глядя сверху вниз на своего потомка.

Ее голос, мелодичный словно колокольчики, звенел с силой урагана. «Одно правило для силы, которую ты несешь в своей крови, и ты даже не смогла его выполнить, да?»

«Это не ее вина!» — крикнул я, шагнув вперед, чтобы противостоять Музе. Я не хотел этого. Но Хармони пережила достаточно. Она заслуживала, чтобы кто-то заступился за нее перед... древней Бессмертной. Гигантская женщина вздрогнула, и скрытое вуалью лицо повернулось к нам, как будто она видела нас впервые.

«Ты смеешь перебивать тех, кто выше тебя по положению, смертный?» — нараспев произнесла она. Меса сделала агрессивный шаг в мою сторону, что оказалось ошибкой.