«Мы нашли ее сегодня утром вместе с телами трех убитых нефилимов».

«Мои соболезнования», — произнес Лазарь, с чем-то похожим на неподдельную искренность в голосе, поворачиваясь к Ориону. Думаю, он понимал последствия этого даже лучше, чем я. «Ты боишься возмездия?»

«Я ничего не боюсь», — прорычал Орион, не оборачиваясь. «Но подозреваю, что это связано, да». «Очевидно», — язвительно ответил Лазарь. Он на мгновение замолчал, обдумывая что-то. «Мне кажется, джентльмены, что в этом вопросе мы оба являемся потерпевшей стороной. Я предлагаю заключить союз».

У меня отвисла челюсть, когда я уставился на старого ученого. Это имело смысл; я просто не мог поверить, что это прозвучало из его уст. Хотя мы и не были врагами, между нашими группами было достаточно разногласий, чтобы мы никогда не обедали за одним столом в кафетерии “жизнь”. Охотник на самом деле не очень хорошо ладил с другими, поэтому я был уверен, что он скажет бандиту, куда тот может засунуть...

«Согласен», — ответил Орион. Я так быстро повернул голову, что, казалось, услышал, как хрустнули мои сухожилия. Я мельком увидел Алекса напротив, который смотрел на нашего босса с таким же шокированным выражением лица. Думаю, я сильно недооценивал серьезность ситуации. Что было огромной глупостью, учитывая, что я видел, как он ради подсказки сжег многовековой долг забытого Оракула.

Как я уже сказал, когда Орион начинает волноваться, волнуюсь и я. «Условия?» — спросил Лазарь.

«Полное раскрытие информации о названии и местонахождении группы, совершившей нападение на вас и моих родственников».

«Хорошо. Ты получишь свою месть, Охотник. Взамен я хочу вернуть свою собственность». Лазарь подождал, пока Орион кивнет в знак согласия. Затем самодовольно улыбнулся, вытащил из кармана визитную карточку и передал ее мне. Я взглянул на нее и увидел, что там ничего нет, кроме номера телефона.

«Как корпорация Лазаря может помочь Охоте?»

«У вас есть фотография этой женщины?» Я указал на потолок. «Уверен, что прямо сейчас на нас направлен десяток камер видеонаблюдения».

«Конечно». Лазарь щелкнул пальцами, и один из его охранников скрылся в темноте, вероятно, за информацией.

«Она была ранена?» — спросил Алекс, указывая большим пальцем на место происшествия позади нас. «Она оставила следы крови или волосы?»

«Боюсь, она была довольно профессиональна», — ответил Лазарь, покачав головой. «Но теперь, когда вы рассказали мне больше о характере похищенных останков, возможно, моя команда сможет добиться большего успеха от наших контактов. Мы немедленно начнем расследование».

Что-то в том, как он произнес слово «расследование», заставило меня вздрогнуть.

Уходивший охранник вернулся с папкой, которую передал мне по указанию своего босса. Я открыл ее и пролистал серию распечатанных фотографий с камер наблюдения. На них была запечатлена женщина с золотистыми волосами и выразительными скулами. На ней был черный тактический жилет и такая же военная форма. Вокруг ее правого глаза был нарисован контур знака Сирены, так что тот как бы находился в центре острова.

На следующих двух снимках было видно, что она достает белую флейту и подносит ее ко рту. После этого люди в масках выносили вещи из контейнера, а она наблюдала за ними, а у ее ног лежали темные тела мертвых охранников. Жутко.

«Ну, я ее точно никогда раньше не видел», — сухо прокомментировал я, передавая папку Алексу. «Я бы запомнил такую татуировку».

«Ей будет трудно скрыться от меня», — мрачно согласился Лазарь.

«У вас есть запись песни, которую она играла?» Я с ужасом ждал ответа. Мне не хотелось слышать то, что заставило группу мужчин убить своих друзей. С тех пор как я получил эту работу, я повидал несколько ужасов, но этот, похоже, был рад пропустить.

К моему облегчению, Лазарь покачал головой. «Боюсь, что музыка, которую издает эта труба, не поддается записи на записывающие устройства».

«Наверное, это к лучшему», — задумчиво произнес Орион, явно разделяя мои мысли.

«Еще что-нибудь?» — мягко спросил Лазарь.

«Мы закончили», — ответил Орион, отворачиваясь и направляясь прочь. «Будем на связи».

Глава 7

Мой телефон зазвонил, когда мы выезжали с парковки Лазаря. Солнце давно скрылось за горизонтом, и промышленный район резко контрастировал с ночной тьмой и яркими уличными фонарями. Я взглянул на телефон и увидел, что это Дрисколл. «Офис Охотника, Мэтт на линии», — сказал я, отвечая на звонок.

«Мэтт, это Дрисколл», — без особой пользы сообщил адвокат нефилимов. Знаю, что он, вероятно, очень старый, но у нас уже пару десятилетий как изобрели определитель номера. «У меня есть зацепка по поводу потомка Музы. Имя и адрес».

«Ребенка Месы?» — спросил я, доставая салфетку и ручку из бардачка Алекса. Двое других членов Охоты оживились, услышав мой тон.

«Скорее праправнучки, но это все, что я смог найти».

«Давай, рассказывай», — произнес я, щелкая ручкой.