«Что это было?» В глазах Лазаря вспыхнул голод. Несмотря на мои шутки о том, что он выглядел как ученый, он хорошо играл свою роль. Это был человек, жаждущий тайного знания и готовый на все, чтобы его получить.

«Пейсиноя».

«Сирена Гомера? Очаровательно», — пробормотал он. «Ты уверен?» «Это твой второй вопрос», — указал Орион.

Лазарь отмахнулся от предостережений: «Я выполняю свои обязательства, Охотник».

«Я сам убил ее».

«Ты действительно такой, как о тебе говорят, да?» В глазах Лазаря промелькнул огонек понимания. «Это, конечно, риторический вопрос, поскольку мы ведем счет».

«В каком состоянии были эти останки?» — повторил Орион. Здоровяк был крепко взвинчен. Он не эмоциональный человек, но это явно задело его за живое. Возможно, в его ДНК есть смесь человеческого и демонического, но если бы кто-нибудь ранее сказал, что один из его прадедов был скалой, я бы не был шокирован. Однако теперь, проведя с ним столько времени, я знал, на что обращать внимание. Морщинки в уголках его глаз были явным признаком того, что он волновался. А когда Орион волнуется, начинаю волноваться и я.

Боялся ли он воскрешения? Возможно ли такое для существа, подобного Сирене несмотря на то, что сказала Оракул?

«Кости и немного высохшей плоти». Лазарь пожал плечами, как будто это его особо не беспокоило. «Мы не смогли классифицировать это, но осталось не так много, с чем можно было работать».

«Что вы знаете о людях, которые украли ее у вас?» Все мы удивленно посмотрели на него, услышав, что он употребил местоимение. Понимаю, что технически это звучит правильнее, но это определенно делало ее гораздо более живой, чем если бы он упомянул тело. В очередной раз я был потрясен тем, насколько странными стали мои проблемы с тех пор, как я оказался вовлечен в Охоту. Даже если мне удастся вернуть свою душу, как я смогу вернуться к своей прежней скучной жизни?

Вероятно, не смогу. Но это проблема будущего Мэтта. Нынешнему Мэтту приходиться беспокоиться только о том, чтобы не умереть от рук музыкальных убийц, которые преследовали друзей Охотника. К которым, технически, относился и я. Как я только сейчас до этого допер?

«Меньше, чем хотелось бы, — угрюмо признался Лазарь. Когда знание — твое поле деятельности, признаться, что ты чего-то не знаешь, должно быть больно. «Эта женщина называет себя Крысоловом, по, как я полагаю, очевидным причинам. Никаких требований не выдвигалось, и никто из моих знакомых не слышал, чтобы останки были проданы обычным покупателям. Я понятия не имею, кто мог ее нанять».

«Как в сказке?» — удивленно спросил я. Похоже, Алекс был прав насчет визитки. Она оставила карточку, потому что хотела получить признание. То, что Крысолов — убийца, не было в моей бинго-карточке.

«Я специально сказал «очевидные причины», мистер Карвер», — ответил Лазарь с усмешкой.

«Разве в оригинале его не наняли, чтобы вывести стаю крыс из города, а когда не заплатили, он заколдовал всех детей?» Я проигнорировал его презрение. Большую часть своей жизни я игнорировал мнение учителей обо мне, так что это было не так уж и сложно.

«Ты что-то хочешь этим сказать?»

«Мне это напоминает сирену. Разве Пейсиноя не занималась тем, что заманивала корабли, чтобы они разбивались о ее остров?»

«Это действительно имеет отношение к делу», — согласился Лазарь, удивленно моргая. Я постарался не посчитать это слишком оскорбительным.

«Скажите, как вы думаете, что он сделал с детьми, которых увел?» Я посмотрел на двух старожил. «Их когда-нибудь нашли?»

«Подозреваю, что они давно мертвы».

Орион хмыкнул, не заинтересованный в наших теориях. Он снова повернулся к месту происшествия, возобновляя осмотр.

Старик прищурился. «Я рассказал все, что знаю. А что тебе известно?»

Орион рассеянно достал визитную карточку из кармана пиджака и бросил ее мне. Думаю, он уже сыт по горло разговорами. В конце концов, этот здоровяк больше любит действовать, чем говорить. С третьей попытки мне удалось поймать маленький черный кусочек картона в воздухе и повернуться к Лазарю, собрав остатки достоинства, которые у меня еще остались. Когда внимание старика снова сосредоточилось на мне, я почувствовал, как участилось сердцебиение. Гангстер держал в своих руках слишком много частей моего мира, чтобы я мог чувствовать себя рядом с ним комфортно.

«Маленькая птичка напела нам, что у женщины, совершившей нападение, была татуировка, похожая на эту, на лице. Вы можете это подтвердить?» Я поднял карточку, чтобы он мог разглядеть логотип. Уголок его глаза дернулся от удивления, что послужило для меня более чем достаточным подтверждением. «Это логотип...» «Знак», — вставил Орион, не поворачиваясь.

«...знак Сирены». Я указал на маленький камень в центре. «Она жила на этом самом острове до своей безвременной кончины».

«Где вы это взяли?» — спросил Лазарь, снова сузив глаза. Я засомневался, не зная, стоит ли раскрывать наш секрет. Оглянулся через плечо на Ориона, который кивнул, не оборачиваясь.

Серьезно, откуда он узнал?