"Чувак, мне больше двухсот лет", - усмехнулся Алекс. "Я помню, как изобрели телефон".

"Разве не странно переходить от тех дней к тому, чтобы увидеть, как говорящие морские существа бьют друг друга по голове сачками для жуков?" Я жестом показал на экран, чтобы доказать свою точку зрения.

"Раньше в качестве лекарства людям ставили пиявок", - выгнув бровь, надменно заметил Алекс, глядя на экран. "Честно говоря, я видел и более странные вещи".

"Кстати, о странностях", - начал я, отвернувшись от телевизора, чтобы посмотреть на своего лучшего друга. "Вчера вечером я видел нечто очень странное. Знаешь, такое, чего никак не ожидаешь..."

"Нам обязательно это делать?"- пожаловался Алекс, прикрывая глаза локтем, как будто, заблокировав мой взгляд, он заблокирует мои вопросы.

"О, мы должны это сделать", - бодро ответил я, моя прежняя усталость улетучилась от перспективы помучить друга. "Я уже полгода терплю это от тебя. И мне плевать, что говорят; расплата - это блюдо, которое лучше всего подавать немедленно и почаще".

"Разве ты не слышал о том, что нужно подставлять другую щеку?" - простонал он.

"Пробовал. Ужасно получилось".

"Ладно. Давай покончим с этим". Алекс сел и вперил в меня пристальный взгляд голубых глаз. "Что нужно сделать, чтобы ты забыл об этом? Какой лакомый кусочек утолит твою ненасытную жажду сплетен?"

"Давай начнем с того, как все это началось, и посмотрим, достаточно ли этого, чтобы умерить мой аппетит", - ответил я, чувствуя, как по моему лицу расползается злая ухмылка. "Насколько я знаю, Ника не очень-то общается с такими изгоями, как мы с тобой".

Отчасти ее статус одной из лучших учениц Ориона объяснялся тем, что в ее родословной было большее соотношение демонической и человеческой ДНК, чем у большинства. Она не была на уровне Ориона; ее глаза все еще человеческие, а не пустые черные, как у полубога или демона. Но она была заметно сильнее и быстрее меня и Алекса, и знала это.

"Все не так", - тихо ответил Алекс, его обычное игривое выражение лица сменилось серьезным. "Думаю, ей трудно открыться людям, обладая такой силой, как у нее, и будучи такой знаменитой".

О да, это была еще одна особенность Ники. Мало того, что она была внучкой демона, хотя и с разницей в несколько поколений, она была настолько лос-анджелесской, насколько это вообще возможно. Она была влиятельным человеком. Думаю, не могу ее винить: если бы у меня были сверхъестественные гены, которые делали меня более привлекательным, спортивным и не давали стареть, я бы тоже стал знаменитым. Тем не менее мне показалось немного сомнительным её выкладывание фотографий тренировок, как будто у нее не было нечеловеческого метаболизма, который был настоящим секретом ее шести кубиков пресса.

Но не думаю, что меня беспокоили слава или деньги. Арендная плата в Лос-Анджелесе дорогая. Я делал множество сомнительных вещей, чтобы сохранить крышу над головой, и это было до того, как демон дал мне пять миллионов долларов. Что меня по-настоящему задевало, так это то, как Ника вела себя, словно она усердно работала ради этого.

"Ах, она беспокоится, что все просто пытаются использовать ее, чтобы повысить свой социальный статус?"- спросил я, скептически приподняв бровь.

"Это то, что я подозреваю, - пожал плечами Алекс, - после того, как я однажды победил ее на тренировке, она завязала со мной разговор, мы разговорились, потом выпили, и это переросло в ужин".

"Такое случалось больше одного раза?" Я ахнул в притворном ужасе.

"Всего несколько раз". Алекс печально усмехнулся. "Я начинаю понимать, насколько это раздражает".

"Не думай, что, изображая сожаление, ты избежишь наказания", - мудро ответил я. "Так что происходит, вы, ребята, разговариваете, встречаетесь, как мы это называем?"

"Мы называем это милым".

"Как скучно".

"Это мило. Всю мою жизнь мое наследие делало меня аутсайдером по обе стороны баррикад. Я прожил достаточно долго, чтобы увидеть, как два разных поколения моих смертных друзей умирают от старости, но среди нефилимов я - нечто из ряда вон выходящее".

Я медленно моргнул, переваривая услышанное. Мне никогда не приходило в голову задумываться об обратной стороне существования в двух мирах, как это делал он. Мне пришло в голову, что бессмертие может быть невыносимо одиноким. Я по-новому оценил смелость нефилима, который подошел ко мне в гриль-баре "Олимп" и предложил помощь.

В то время весь зал был настроен ко мне враждебно, потому что каждый сверхъестественный, обладающий хоть каплей силы, чувствовал запах серы от той демонической сделки, которую я не подписывал. Было трудно завести новых друзей, даже несмотря на то, что я отдалялся от своих смертных из-за моей новой жизни. Но изгой, тот, кто знал, каково это - не вписываться в общество, принял меня.

Такие друзья бесценны.

"Думаю, я немного понимаю", - сказал я, преодолевая подступивший к горлу комок.