"Кажется, ты говорил, что драконы прилетят сегодня вечером?"- требовательно спросил Алекс.

"Когда защита Гостя закончится. А что?"- спросил я, накалывая вилкой несколько ребрышек.

"Потому что прямо сейчас я вижу около дюжины ящеров, которые идут по улице, вооруженные до зубов".

Удивленный, я остановился с поднесенной ко рту вилкой. "Ты уверен?"

"Их трудно не заметить, чувак".

"Да, понимаю. Но еще слишком рано, что они думают делать?"

"Мэтт." В голосе Алекса зазвучал ужас. "Я думаю, они собираются..."

Последовало долгое, ужасное молчание. В моей голове всплыли тысячи мыслей о том, что могут натворить драконы, каждая из которых хуже предыдущей.

"Что они собираются делать?"- крикнул я, на мгновение забыв, где нахожусь. Бессмертные лица повернулись ко мне, когда мой крик эхом разнесся по залу. Я проигнорировал их. Каким-то образом я уже знал ответ до того, как он мне его сказал.

"Они нападают на смертных". Голос Алекса был полон ненависти.

Вилка выпала у меня из пальцев, когда я представил, что говорит Алекс. Конечно, они нападают. Смертные на улице не были гостями Конвенции Созвездий. Они не находились под защитой, не были в безопасности. Согласно сверхъестественным законам, драконы были вольны делать с ними все, что хотели.

Это была приманка.

Медленно я повернулся, чтобы посмотреть на Ориона. Охотник уже направлялся ко мне решительным шагом. Рубиновая рукоять его меча сердито поблескивала в такт его шагам.

Не говоря ни слова, я протянул ему телефон.

Я уже знал, как все будет происходить.

Через плечо Ориона Доун поймала мой взгляд: она прищурилась, заметив выражение моего лица и напряженную фигуру Охотника. Я в отчаянии покачал головой. Фейри ни за что не поддержат его в этом.

"Я иду", - ответил Орион Алексу, положил трубку и вернул телефон мне.

Без лишних слов он направился к выходу из зала Б, не удосужившись проверить, кто идет за ним.

Я сделал шаг в его сторону, но инстинкт не позволил мне сделать еще один. Повернувшись, я увидел Королеву Всех Фейри, стоящую прямо за мной, в ее глазах было что-то первобытное. Никогда еще она так сильно не напоминала мне свою мать, как в этот момент.

Внезапно занервничав, я облизнул губы, встретив требовательный взгляд Доун. Я больше не служил двум господам, если судить по закону. Последовать за Орионом было бы проявлением презрения к желаниям Доун. Теперь я принадлежал королеве фейри, целиком и полностью. По крайней мере, до тех пор, пока Ад не придет и не потребует свое. Но пока я принадлежал ей, и, если есть хоть один урок, который сверхъестественные существа не усваивают в детском саду, так это тот, как делиться.

"Что там?" - проговорила она угрожающим тоном.

"Драконы нападают на смертных за пределами конференц-центра", - ответил я ей.

"Глупцы!"- зарычала Доун. "Неужели они так отчаянно хотят умереть, что не могут подождать несколько часов?" Удивленный ее гневом, я промолчал. Я боялся, что, как только скажу ей об этом, она прикажет нам всем отправиться в мраморные залы Страны Фейри.

Но, заглянув в ее золотистые глаза, я понял, что она растеряна. Технически, согласно условиям сделки, заключенной с Орионом, Доун была вольна отвернуться от Охотника. Она получила все, что хотела, и сдержала свое слово. По мнению фейри, это, возможно, была одна из самых выгодных сделок, которые когда-либо заключались.

Глориана ушла бы с ухмылкой на лице.

Но, как бы сильно она ни походила иногда на покойную королеву, Доун не была своей матерью. Она была такой же холодной и расчетливой, но где-то под этой высокомерной внешностью таилась крошечная частичка сердца. Проблема была в том, что ей было недостаточно просто захотеть помочь. Ловушка, которую Дойл расставил для Ориона, поймала бы и ее так же эффективно.

Поларис объявил, что не будет снисхождения ни к кому, кто нарушит безопасность Гостя. Двор Одуванчиков только что вернул себе членство. Было бы обидно потерять его через день.

"Что ж, мы здесь, - с легким вздохом сказала Доун. "Мы можем пойти и посмотреть, из-за чего вся эта суета".

Для меня это прозвучало как разрешение. Не дожидаясь, пока она передумает, я повернулся и бросился к двери, стуча ногами по покрытому ковром полу еще быстрее, чем когда драконы гнались за мной по коридорам. Я вытащил из кармана телефон и на бегу позвонил Алексу.

"Говори со мной, Простофиля", - крикнул я, когда он ответил.

"Все плохо, чувак, совсем плохо". Напряжение моего друга доносилось прямо через телефон. Я слышал, как что-то звякало на заднем плане, пока он рылся в фургоне.

"Он там?"

"О да". Алекс казался одновременно впечатленным и испуганным тем, что он наблюдал.

"Он уже нарушил правила Гостя?"

"Нет, но он вытащил меч".

"Я почти на месте!"

"Поторопись".