"Так и было бы", - согласилась Доун, мрачно кивнув, и ее взгляд остановился на мне, как на якоре. "Если бы Охота все еще существовала". Я почувствовал, как у меня округляются глаза. Я судорожно пытался вспомнить условия ее сделки с Орионом. На что она согласилась? В ужасе я понял, что она права. Она обещала поддержать Охоту против драконов, но Конгрегация Созвездий распустила Охоту. Теперь существовал только Охотник.

"Это действительно то, чего ты хочешь?" Спросил я, стараясь не выдать паники в своем голосе. "Всю эту работу по примирению с Орионом потратить впустую из-за формальностей?" Внезапно я задался вопросом, планировала ли она это, когда говорила со мной о доверии прошлой ночью. Если бы я остался с Охотником без ее благословения, это, вероятно, дало бы ей повод избавиться от меня.

"Дорогой, мы - фейри. Формальности - это то, из чего состоит наша империя".

"И как у вас с этим обстоят дела?", - огрызнулся я, представив себе их мраморную крепость, парящую в бездне. Доун удивлённо моргнула, что с таким же успехом могло быть плевком в лицо Королевы.

"Конечно, смертный хочет, чтобы мы умерли за Охотника", - ядовито прошипела Мэв, ее золотые глаза с ненавистью сверкнули в мою сторону. "Давайте уйдем и покончим с этим".

Возможно, мой отец прав: сейчас самое время убить ее.

"Пока драконы не придут за золотом, которое они так любят", - мрачно произнесла Эш. Это немного выбило почву из-под ног собравшихся фейри. Даже Мэв выглядела немного неуверенной, не зная, как возразить на ее доводы.

Я определенно выбрал правильную сестру.

"Спасибо за мудрые советы, - заявила Доун, отмахнувшись от нас, как от тучи мошек. "Я подумаю над вашими словами. А пока идите, пообщайтесь, узнайте, что планируют наши коллеги".

Не теряя времени, я выскочил из объятий команды фейри, чтобы выполнить приказ королевы. Первый разговор, который я собирался начать, касался буфетной линии. Предстояла битва, и мне нужна была вся энергия, которую я мог получить.

По пути к еде меня отвлекло нечто гораздо более интересное. Меня действительно трудно отвлечь от богатого шведского стола, но если что-то и способно это сделать, так это пикантная драма между Орионом и его предком.

Охотник подошел к Южной Звезде, одиноко стоявшей посреди комнаты. Меньшие Созвездия, казалось, еще больше не решались войти в ее ауру, чем на орбиту Ориона. Женщина вскинула голову с завязанными глазами, чтобы встретить взгляд Охотника, когда он остановился перед ней.

"Привет, племянник, - произнесла она, наклонив голову в знак приветствия, что вовсе не означало, что они родственники. У нефилимов есть странная привычка смешивать уважение и дружбу поколений с терминами, которые мы, смертные, используем для обозначения кровных родственников. До того, как Алекс и Орион стали близки, Орион называл моего друга своим племянником, но это было связано с тем, что в жилах Алекса текла кровь демона в меньшем количестве, чем у Охотника, и не имело никакого отношения к генеалогии. Это похоже на то, как мы обращаемся "мистер" или "мисс".

"Тетя", - мрачно ответил Орион.

Два полубога долго смотрели друг на друга. В их движениях была какая-то скованность, которая заставила меня подумать, что они действительно могут быть родственниками. Только семейные встречи могут иметь такой специфический привкус неловкости.

"Ты опоздала", - проворчал Охотник через несколько минут.

"Правосудие никогда не опаздывает", - загадочно ответила Октант.

"И все же тебя не было здесь, когда была совершена несправедливость по отношению ко мне и моим близким".

"Бедный Охотник страдает из-за невозможности исправить давнюю ошибку". Сарказм сочился из тона старшего нефилима. Орион вопросительно уставился на нее своими черными глазами.

"Тебе, как и всем моим ученикам, следовало бы усвоить, что правосудие никогда не опаздывает, но это не значит, что оно приходит тогда, когда ты этого хочешь. Оно не собака".

Орион молчал, его взгляд требовал ответа на вопрос, которого я не знал.

Южная Звезда вздохнула, сдаваясь, и отвела от него пустой взгляд, как бы признавая это. "Я была призвана вынести приговор богу за то, что он нарушил веру носителя". Она раздраженно прищелкнула языком. "Я тоже нахожу это время подозрительным".

"И какой приговор ты вынесла?"

"Тысячелетие в застенках Тартара".

При мысли о тысячелетнем заточении у меня по позвоночнику пробежала дрожь. Не думаю, что продержался бы там и год, не говоря уже о 999 других.

Словно почувствовав, что я слушаю, Орион повернул голову и, прищурившись, посмотрел на меня, стоявшего в дюжине шагов. Внезапно мне показалось, что этот разговор мне не по зубам. Я дружелюбно кивнул ему и вернулся на прежнюю траекторию движения к буфету.

Настало время поесть... Вот дерьмо. Я совсем забыл об Алексе, который сидел без бейджа где-то снаружи и ждал, когда же старший дракон освободится из своей тюрьмы. Отвлекшись от еды, я снова направился к выходу из зала Б, чтобы сделать звонок наедине. Сейчас был не тот момент, чтобы подслушивать злорадство по поводу того, как мы справились с драконами и Поларисом.