За проемом горел свет. Алекс заглянул внутрь и увидел на полу двух человек, мужчину и женщину, явно мертвых. Даже с такого расстояния было видно, что их лица посинели, как будто они задохнулись.

— Что здесь произошло? — пробормотал он, пока Сорша оглядывалась по сторонам.

— Для этого ты мне и нужен, — ответила Сорша. — По словам полицейских, которые первыми прибыли на место, соседи слышали, как эти двое ссорились, а потом все внезапно прекратилось.

— Они часто ссорились? — спросил Алекс скорее по привычке.

— Я не знаю, но в этом есть смысл, — сказала Сорша. — Когда кто-то пришел проведать их, они обнаружили дверь в таком виде, и никто не открыл изнутри. Они позвонили в полицию, а полиция вызвала пожарных, которым пришлось срубить дверь.

— Хорошо, — сказал Алекс, просовывая руку в отверстие, чтобы поставить свою сумку. — Я посмотрю. — Он последовал за ней, осторожно переступая через разбитые куски двери, затем повернулся, чтобы помочь Сорше пройти.

Это были два тела, мужчины и женщины. Мужчина лежал на спине рядом с небольшим столиком, заваленным письменными принадлежностями, а женщина в нескольких футах от него. Оба лежали на спине, но Алекс предположил, что полицейские передвинули их, чтобы проверить жизненно важные органы.

— Сколько всего было перемещено? — Спросила Алекс.

— Я тоже только что приехала, — сказала Сорша с легким сарказмом в голосе. — Но, судя по тому, что мне сказали, это не так уж много. Полиция была здесь всего несколько минут.

Алекс собирался спросить, почему, но, приблизившись к распростертым телам, понял, в чем дело. Лицо мужчины было синим, но это была не единственная странность. На первый взгляд казалось, что его глаза и рот закрыты, но, присмотревшись, Алекс понял, что веки и губы срослись, как дверь. Он опустился на колени рядом с телом и повернул голову к себе, обнаружив, что ноздри у мужчины тоже исчезли. Как будто у него в голове никогда не было отверстий.

— Боже милостивый, — сказала Сорша, осознав, что она видит.

Алекс встал и осмотрел тело женщины. На ее лице тоже не было никаких отверстий. У него скрутило живот, когда он понял, что какая бы магия ни запечатала дверь квартиры, она запечатала и этих людей, лишив их возможности дышать. Они задохнулись там, где упали.

— Что могло сотворить такое?

Сорша задумалась. По ее голосу Алекс понял, что она старается не заболеть.

Это навело его на мысль.

Поднявшись, он подошел к кухонной раковине, как раз за тем местом, где лежала женщина. Заглянув в нее, он кивнул.

— Подойди и посмотри, — сказал он, указывая на Соршу.

— Что случилось? — у нее перехватило дыхание, когда она добралась до раковины.

Фарфоровое дно раковины срослось, полностью закрывая слив.

— Что бы здесь ни произошло, все отверстия были заделаны, — сказала Алекс, протягивая руку за раковину, чтобы постучать в крошечное окошко в стене. — Посмотри, как срослись стекло и рама. Держу пари, ты нигде в этой комнате не сможешь найти лазейку.

Сорша сунула палец под кран с холодной водой, и он оказался сухим.

— Я не думаю, что смогла бы сделать это, даже если бы захотела, — сказала Сорша.

Алекс подошла к столу и осмотрела его содержимое. Там были баночка чернил, несколько ручек, лист бумаги, пачка спичек и большое количество прямоугольников из потертой ткани. Рядом с бутылкой дешевого бурбона и двумя стаканами лежал открытый блокнот, исписанный множеством каракулей. В одном стакане на дне оставалось совсем немного ликера, в другом лежали пять сложенных бумажных пакетиков.

— Ну и что? — Спросила Сорша.

— Дай-ка я посмотрю с помощью окулюса, — сказал он, доставая свой набор.

Он настроил линзы окулюса на призрачный свет и зажег горелку, но как только он поднес линзу к глазу, сияние остаточной магии едва не ослепило его.

— Хорошо, — сказал он, снимая ее. — Вся комната была подвержена воздействию мощной магии, но это неудивительно.

— Нет, — согласилась Сорша.

Алекс взял блокнот и несколько мгновений листал его, затем кивнул.

— Бедный ублюдок, — сказал он, глядя на мертвеца.

— Ты знал его? — Спросила Сорша.

Алекс покачал головой.

— Нет, — сказал он. — Но я знаю множество таких же рунных мастеров, как он. — Он повернулся и указал на стол, но Сорша заговорила прежде, чем он успел объяснить.

— Да, я вижу бумагу-вспышку и спички, — сказала она. — Он был рунописцем.

— бедным, — уточнил Алекс. — Вот почему он работал с этим.

Он поднял один из прямоугольников ткани.

— Что это такое?

— Я думаю, раньше это были носки с дырками, — сказал Алекс. В другой руке он держал блокнот. — Согласно этому, он работал над новым видом руны для починки, которая могла бы чинить несколько вещей одновременно.

— Как стопка носков, которые нужно заштопать, — сказала Сорша, уловив суть.

Алекс кивнул.

— Если бы он это понял, это принесло бы ему целое состояние, — сказал Алекс, оглядывая убогую квартиру. — Это был его билет отсюда.