Это исходило от Грейсона, который говорил так, словно был третьим в ряду участников группы «Беллероуз», которые хотели наорать на меня.

Было ли плохо, что даже в моем шоке от мысленного образа – руки Грейсона на моей заднице – у меня подкашивались ноги? Неужели мне это вдруг понравилось? ДА. Да, так и было.

Джейс, конечно, испортил атмосферу, прежде чем я успела еще немного подумать.

— Ты гребаный манипулятор, — выплюнул он, наконец, отодвигаясь от моего лица и скрещивая руки на груди. — Но позволь мне дать тебе маленький совет, милая. Если тебя убьют, это не принесет тебе ни денег, ни мужчины. В следующий раз потише, от тебя разит отчаянием.

Я ахнула, когда он протиснулся мимо меня, широкими плечами отпихнув к стене, когда он заявил права на ванную, в которую я направлялась, когда он ворвался. Как только он ушел, руки Ретта сомкнулись вокруг меня, и он сильно прижал меня к своей груди.

Я была удивлена, почувствовав, как дрожат его руки, когда он крепче обхватил ими мою спину, держась так, словно никогда не собирался меня отпускать. — Ты напугала меня до полусмерти, — прошептал он мне в шею, прижимаясь губами к моей коже. — Единственная причина, по которой я не прыгнул и не побежал за этой сукой, заключалась в шансе, что она успеет пристрелить тебя до того, как я доберусь до нее.

Меня согревало то, что мое первое предчувствие оказалось верным. По крайней мере, насчет Ретта. Джейс… Ну, это все еще витало в воздухе, но он был тем, кто отвлекал ее достаточно долго, чтобы Грейсон перешел к сверхчеловеческим действиям. Кстати о…

Мои глаза встретились с глазами Грейсона, когда Ретт наклонился ко мне еще ниже, и мне удалось поднять голову достаточно, чтобы сказать: — Спасибо, большому ниндзя.

Взгляд Грейсона был жестким. Его лицо было суровым. Его руки тоже были скрещены на груди, и каждый мускул резко выделялся, как будто он только что провел масштабную тренировку, и эти мышцы были чертовски накачаны. Если бы я не знала этого парня и он напал на меня в темном переулке, я бы, наверное, обделалась, а потом умерла. Потому что, черт.

— Мы поговорим позже, — предупредил он меня, а затем ушел – не так, как Джейс, – обратно по коридору и вышел из автобуса, как будто ему нужно было подышать свежим воздухом.

" Мы поговорим позже ", почти попали в ту же категорию, что и , "В следующий раз, прольется кровь".

И то, и другое было угрозой. И все же одно было гораздо привлекательнее другого.

Отодвинув в сторону опасных, властных мужчин, которые теперь внезапно заполнили мою жизнь, я сосредоточилась на Ретте, который все еще обнимал меня, как будто от этого зависело его здравомыслие. Мы были прижаты друг к другу так близко, как только могут быть два человека, но я попыталась притянуть его еще ближе. Чтобы утешить. Ретт был тем, на кого первым наставили пистолет. Я могла потерять его сегодня вечером.

— Это было худшее чувство в мире, когда я увидела ее, стоящую там с пистолетом, направленным на тебя, — сказала я ему, мой голос сорвался, так как у меня перехватило горло. Черт, неужели здесь стало не хватать воздуха, или я снова была на грани панической атаки? — Я даже не думала, прежде чем привлечь ее внимание; Я просто знала, что должна сделать что угодно, чтобы обезопасить тебя. Обезопасить вас всех.

Он наконец поднял голову, его глаза были обведены красным, были такими зелеными, что почти ослепляли. — Если с тобой что-нибудь случится… — медленно произнес он, когда его руки переместились с моей спины, чтобы скользнуть вверх по бокам, пока он не обхватил мое лицо, удерживая меня ровно. Я не могла избежать этого ослепляющего взгляда. Не то чтобы я хотела. — Это бы убило нас всех. Боль… Просто в следующий раз помни, что ты, возможно, дышишь не только за себя.

— Ретт, — выдохнула я.

Он поцеловал меня, быстро прижав свои губы к моим, и я отдалась ему. Туман, который заполнял мою голову с момента встречи, был полностью рассеян Реттом. Его жар и энергия поглотили меня, и я застонала ему в рот, этот отчаянный поцелуй разрушил мое равновесие.

Когда он наконец отстранился, все еще сжимая руками мои щеки – на этот раз нежно, – мы оба тяжело дышали. — Мы откладываем наше прибытие в Нью-Йорк на один день, — сказал он мне между вдохами. — Мы собираемся остановиться в отеле примерно в часе езды отсюда, которым пользуемся довольно регулярно. В нем достаточно охраны, и Том нашел для нас несколько комнат. Всем нам нужна ночь, чтобы расслабиться, а не ехать на гребаном автобусе из ада.

— У нас будет комната только для нас? — спросила я, стараясь звучать непринужденно. Думаю, у меня это эпически не получилось, ведь его зрачки расширились, а зеленый цвет глаз слегка потемнел.

— Полностью для нас одних. Без соседей по комнате, без попутчиков в автобусе. Без Джейса.