— Ты собираешься снова кончить для меня, Торн? — спросил он, вдавливая меня в матрас. Святое дерьмо, я сказала, что хочу жестко, но это превзошло все ожидания. Ретт делал все, что мог, чтобы окончательно испортить меня для других мужчин, это было точно. Пирсинг усиливал мою стимуляцию, несмотря на презерватив, или это все из-за Ретта? И то, и другое? Это определенно было и то, и другое.

Я покачала головой. — Нет, — простонала я. — Я не могу. — Черт возьми, он заставил меня кончить дважды; это было самое лучшее, что могло быть. Разве нет? Может, я и смогла бы. Черт, я не знала.

Ретт застонал. — Ты можешь, но я долго не протяну… Черт возьми, Торн, эта киска как рай. Я знал, что это будет хорошо, потому что это ты. Но, черт возьми.

Я облизала губы, мой рот был сухим после моего последнего оргазма и всего того, что я делала, тяжело дыша. — Кончай. Черт возьми, Ретт, мне нужно, чтобы ты кончил. У нас целый день на повторения, не так ли?

Эта мысль, должно быть, подействовала на него, потому что мгновение спустя он уже входил глубоко, издавая стоны собственного освобождения, когда его член набух и задергался внутри моих стенок. Грязная часть моего разума хотела знать, каково это – чувствовать его без презерватива… каково это – когда Ретт кончает в меня по-настоящему. Чувствовать холодное скольжение металла, пока он не станет еще горячее от нашего возбуждения.

Он прошептал что-то, чего я не смогла разобрать, покрывая поцелуями мое лицо, когда отпустил мои ноги. Затем он выскользнул из моего пульсирующего естества и даже не потрудился снять презерватив, прежде чем снова погрузить свое лицо между моих бедер.

— Ретт! — Я вскрикнула, когда его язык снова нашел мой клитор.

— Тише, Торн, — пробормотал он в мою киску. — Позволь мне доказать свою точку зрения.

Ну и черт. Кто я такая, чтобы спорить с подобной логикой? Кроме того, мне было любопытно… поэтому мои пальцы запутались в его бирюзовых волосах, прижимая его к себе, пока он неторопливо трахал меня языком еще раз. Он не торопил и не форсировал события, он был доволен тем, что просто не торопился, как будто добивался третьего оргазма от моего тела, как от испуганного животного.

Когда это настигло меня, я была так потрясена, что чуть не потеряла сознание. Это был медленный нарастающий оргазм, но почти более интенсивный из-за разницы. Мои пальцы ног поджались в матрас, а позвоночник изогнулся, в то время как обжигающе горячие пузырьки эйфории пробежали по мне, оставляя меня ошеломленной и сбитой с толку.

— Видишь? — Ретт ухмыльнулся, целуя внутреннюю поверхность моего бедра. Я едва слышала его из-за звона в ушах. — Ты можешь. Итак... о чем мы говорили?

Я моргнула, ничего не понимая. — Что?

Его улыбка стала шире, и он сексуально хихикнул. — Идеально.

тридцать

РЕТТ

Мой телефон зазвонил в другом конце комнаты, там, где я кинул его в своем измученном состоянии прошлой ночью. С кровати было слишком далеко, чтобы дотянуться, а вытаскивать себя из этих мягких глубин требовалось чертовски много силы воли. Честно говоря, дело было не совсем в кровати, а в теплом теле, которое на ней лежало. Она тесно прижималась ко мне, ее идеальные сиськи прижимались к моему боку, и мой член был совершенно уверен, что мы только начинаем с Билли Беллероуз. Не только мой член, но и все остальные части меня.

Она тихо застонала, потревоженная телефоном, и именно это заставило меня поднять задницу с кровати и схватить этот чертов кусок техники. — Что? — Я шепчу-рычу в трубку. — Сейчас только гребаный рассвет.

— Уже больше десяти, придурок. — Тон Грейсона был ровным. — Тащи свою задницу в спортзал.

Линия оборвалась, и я сделал глубокий вдох. Мой взгляд на секунду вернулся к Билли, и я с облегчением увидел, что она снова крепко спит. Хорошенькие розовые губки приоткрылись, когда она глубоко вздохнула, и я клянусь, блядь, что мой член действительно запульсировал от этого зрелища.

Секс, который у нас был, превзошел все мои фантазии, а их у меня до этого утра было более чем достаточно. Все, чего я хотел, это заползти обратно в кровать и зарыться лицом между ее ног, но Грейсон позвонил мне не просто так.

Он выполнял обещание, данное давным-давно. Обещание, что если он когда-нибудь увидит, что я перестаю следить за собой и своим здоровьем, он потащит мою задницу в спортзал и доставит еду к моей двери…

Подойдя, я открыл дверь отеля, голый – и мне было совершенно плевать на все на свете. Конечно же, за моей дверью стоял поднос с протеином и какими-то фруктами. Еще там были две большие бутылки воды. Записки не было, но она мне и не нужна. Вот как заботился Грейсон, и, очевидно, он знал, что в последнее время я был больше сосредоточен на Билли, чем на себе. И это было хорошо – она нуждалась в дополнительном внимании. Но временами я был гребаным идиотом по отношению к самому себе и не мог вернуться в темную яму.