— Ретт! — Прозвучало мое имя, прежде чем я успел передумать представлять Торн своим друзьям, и я подавил раздражение. У моего лучшего друга был чертовски идеальный момент для вмешательства, это уж точно.

Однако я не отвернулся от нее, сосредоточив все свое внимание именно на том, на чем хотел: на загадке, которая случайно попала ко мне в переулке. — Не обращай на него внимания, — сказал я, прежде чем моргнуть от того, какой смертельно бледной она вдруг стала. — Подожди, ты в порядке? Ты выглядишь... Испуганной.

Часть меня задавалась вопросом, узнала ли она отчетливые, хриплые интонации нашего солиста. Голос Джейса было безошибочно узнать. Другая часть была немного взбешена тем, что я был настолько глуп, что все испортил, приведя ее сюда. Если бы она узнала Джейса, моя анонимность была бы нарушена, но рано или поздно это произошло бы. Лучше разобраться с последствиями сейчас, пока она позже не увидела папарацци, разбивших лагерь перед нашим отелем.

Торн попыталась отстраниться от меня. Яростно. Но наши руки все еще были соединены, и я не был готов отпустить ее... Не сейчас и, вероятно, даже не завтра, несмотря на мое случайное предложение провести одну ночь.

— Не обращай на него внимания, — быстро сказал я. — Он ведет себя так, будто он босс для всех нас, когда мы гуляем, но на самом деле он просто помешан на контроле.

Ее губы дрожали, и теперь она была такой бледной, что я подумал, не упадет ли она в обморок, когда перестанет сопротивляться мне. Может быть, она притворялась, что ей не нравится музыка, и втайне была большой фанаткой? Гребаный "эффект Джейса" серьезно раздражал. Я много раз видел, как девушки падали в обморок у его ног, но я действительно не представляю Торн в качестве одной из них.

— Мне насрать на твою поклонницу этой ночи, Ретт, — прорычал Джейс, звуча так, словно теперь он был прямо у меня за спиной. — Я как раз зашел сообщить тебе, что твоя дорогая текила уже на столе. О, и эти ублюдки близнецы собираются надрать тебе задницу за то, что ты снова бродишь один...

Его слова оборвались резким вдохом, когда он придвинулся достаточно близко, чтобы увидеть цыпочку, которую я почти прижимал к своей груди. Это была такая драматическая пауза, за которой последовала определенная смена его настроения на мрачное и злое. Достаточно сильное, чтобы я мог почувствовать вибрации. Что за черт?

Оторвав взгляд от Торн, я подумал, не врезать ли Джейсу в надежде, что он отвалит, пока не спугнул ее. Она и так была достаточно напугана за одну ночь – последнее, что ей было нужно, это еще один агрессивный и разъяренный мужчина.

Однако было уже слишком поздно. Ее внимание было приковано к нему; только она не смотрела с благоговением на Джейса и не сходила с ума от присутствия славы. Она не хлопала ресницами и не бросалась ему на шею.

Она была в ужасе.

— Какого черта ты здесь делаешь? — Джейс внезапно зарычал, и я даже не стал ждать, чтобы проанализировать, почему я завел ее за спину, чтобы встретиться лицом к лицу со своим лучшим другом многих лет, когда я знал ее всего тридцать минут.

— Тебе лучше отойти к чертовой матери, Джейс, — предупредил я, готовый надрать ему задницу, если потребуется. Джейс, может, и на три дюйма выше моих шести футов одного, но я вырос, борясь за свою жизнь. Мы были бы примерно на равных, но сегодня ночью у меня был дополнительный стимул. Чувство защиты подпитывало меня как ничто другое.

— Ты хоть представляешь, кого, черт возьми, защищаешь? — выплюнул он. Его ярость росла, а ярко-голубые глаза потемнели.

— Я уверен, что ты собираешься сказать мне, — огрызнулся я, — но я все еще предупреждаю тебя, чтобы ты сдал назад, черт возьми. — Я уже готов к драке.

Маленькие ручки Торн скользнули мне под куртку сзади, ее пальцы коснулись моей кожи, отчего по моему позвоночнику пробежала дрожь. Я замер на случай, если набросившись на Джейса, я каким-то образом причиню ей боль.

— Я пойду, — сказала она мягко, но решительно. — Я не знала... если бы я даже подозревала... — Ее вздох был тяжелым, а прикосновение почти извиняющимся. — Я пойду.

— Нет! — Я запротестовал, потянувшись назад, чтобы крепко сжать ее руку. — Я не отправлю тебя обратно туда только потому, что Джейс ведет себя...

— Это она, Ретт! — взревел мой лучший друг. — Это Билли.

Мои глаза встретились с Джейсом, когда шок и отрицание прокатились по мне. Я отчаянно хотел верить, что он шутит, но в глубине души я знал… Джейс не стал бы лгать. Не об этом. Не о ней.

Торн издала болезненный звук у меня за спиной, пытаясь еще раз высвободить руку.

Билли.

Торн была Билли Беллероуз.

Та Билли Беллероуз.

Девушка по соседству, которая почти полностью уничтожила Джейса. Из-за нее наша группа называлась «Беллероуз». Бывшая муза моего лучшего друга и вечное разрушение.

Блядь. Блядь, блядь.

четыре

БИЛЛИ