Они развернулись и кинулись к западной стене, к верёвке, которую сбросили заранее. Гнаться я не стал. Догнать бы всё равно не догнал, да и сил не было. Просто сел на ступени и какое-то время ничего не делал, только дышал — мелко, чтобы рёбра не отзывались на каждый вдох. Руки тряслись.

Рёбра жгло. Руки ходили ходуном. Я опустил взгляд на меч, с которого ещё капало на камни, и попробовал прислушаться к себе. Человека я убил впервые в этой жизни, и по идее должно было сейчас накрыть. Хоть чем-нибудь. Раскаянием там, тошнотой, дрожью в коленях, видением мёртвых глаз. Я сидел, ждал. Не накрыло. Внутри всё было ровно так же, как до боя, только устал я сильнее.

Ну и ладно. Для первого месяца в новой жизни сошло.

Гвардия прибыла через несколько минут. Я всё ещё сидел на ступенях, дышал мелко и осторожно. Рёбра ныли так, будто их всё-таки сломали, но, кажется, обошлось.

Первым на площадку вылетел капитан Марек, здоровый рыжебородый мужик с грубо вырубленным лицом. Он встал на месте, обвёл взглядом площадку. Посмотрел на тела наёмников, на пятна крови, на западное крыло, в окнах которого уже горел свет. И наконец увидел меня.

За его спиной высыпали остальные гвардейцы и тоже останавливались, один за другим, как будто упирались в невидимую стену. Один матерился сквозь зубы, тихо и от души. Другой положил руку на рукоять меча, да так и держал, на всякий случай. Видимо, опасался, что покойники сейчас встанут и снова ринутся в бой.

— Наследник? — хрипло спросил Марек. — Что здесь произошло?

Хороший, кстати, вопрос. Я бы и сам послушал ответ. В голове был сплошной туман, события последнего часа путались, наезжали друг на друга и наотрез отказывались складываться в нормальную последовательность.

Я кое-как поднялся, опираясь на окровавленный меч, как на трость. Рёбра отозвались так, что в глазах потемнело, и я постоял секунду, прикрыв веки, чтобы не свалиться обратно. Потом всё-таки выпрямился. Валяться на ступенях перед людьми отца не хотелось, тем более что я тут вроде как геройствовал.

— Они шли к западному крылу, пока вы держали восточное, — сказал я, и голос всё-таки дрогнул, чёрт. — Классический отвлекающий манёвр.

Марек обошёл площадку. Я слышал, как его сапоги стучат по камням, пока он садился у каждого тела на корточки, переворачивал, прощупывал швы доспеха, брал в руки клинки и пробовал на баланс. Делал всё это спокойно, привычно, как человек, который этим занят не первый десяток лет. И с каждым следующим телом мрачнел сильнее.

— Сколько их было? — спросил он, не поднимая головы.

— Девять, — я кивнул на западную стену, где ещё болталась верёвка. — Шестеро решили, что контракт того не стоит, как только их главный замолчал. Контракты, они такие, заканчиваются вместе с тем, кто их подписывал.

Марек присел над главарём и начал обыскивать тело. Затем стянул маску. Под ней оказалось лицо мужика лет сорока, с короткой бородой и старым шрамом через левую бровь. Капитан долго смотрел на него, потом перевёл взгляд на клинки, лежащие рядом. Взял один в руки и застыл…

На рукояти, у самого основания, было выжжено клеймо. Маленькое, размером с ноготь. Тень.

Лицо у Марека сделалось серым.

— Гильдия Теней, — глухо сказал рыжий. — Это их клеймо.

Он постоял, потом медленно поднялся на ноги. Глянул на западное крыло, где теперь в каждом окне горел свет и в окнах двигались люди, поднятые шумом. Я тоже посмотрел туда и понял, на что именно он смотрит.

Детские.

— Там сейчас не только наши, — сказал капитан, не отводя взгляда от окон. — Дети графа Петрова, внуки баронессы Северной, племянница Орловского. Все вместе, в одном крыле. И если бы они дошли…

Договаривать не понадобилось. Какой бы выкуп ни заплатил отец, после такого Морнам было бы уже не отмыться.

Марек повернулся ко мне и посмотрел так, как раньше не смотрел. В этом взгляде было уважение, но не только оно. Что-то ещё, чему я не нашёл названия.

— Как вам это удалось?

Я пожал плечами и сразу пожалел. Бок прострелило так, что в глазах потемнело, и я несколько секунд просто стоял, держась за меч и пережидая накатившую боль.

— Повезло, — сказал я наконец. — Оказался в нужном месте в нужное время. И с мечом в руках.

Уточнять, что в начале драки этот меч был деревянный, я не стал. Мареку такие подробности ни к чему.

Капитан смотрел на меня ещё несколько секунд. Видно было, что он не сомневается в моих словах, просто не понимает, как семнадцатилетний пацан, который ещё недавно еле справлялся с тренировочным мечом, завалил профессионала из Гильдии Теней.

Я бы на его месте тоже не понял.

— Идёмте, наследник, — сказал он наконец. — Вам нужен лекарь. Рана может оказаться опасной.

Он повернулся к гвардейцам. Те всё ещё стояли полукругом и молча на меня косились.