Отложив линейку, Алекс обратил внимание на фотографии и документы, развешанные вдоль левой стены. На большинстве снимков был изображен крепкий мужчина с каштановыми волосами и тонкими усиками, в котором Алекс узнал Леонарда Бёрнхэма. На некоторых снимках он был в Европе во время Первой мировой войны, но всегда в гражданской одежде, а не в военной форме. На многих старых фотографиях рядом с ним была светловолосая женщина в очках с толстыми линзами, с веснушками на носу и лучезарной улыбкой.

— Это моя бабушка, — сказала Карен, подойдя к Алексу сзади. — Они познакомились в Университете Вандербильта.

— Здесь он учился на бакалавриате, — кивнул Алекс.

— Откуда ты знаешь? — спросила Карен.

Алекс указал на начало стены, где висело несколько дипломов.

— Это его диплом, — сказал Алекс. — Степень бакалавра в области машиностроения.

— Я же говорила, что он инженер, — нетерпеливо сказала Карен.

— Но ты не говорила, что он ещё и врач.

Когда она ничего не ответила, Алекс повернулся и увидел, что Карен смотрит на него с недоумением.

— Он также получил докторскую степень по химии в Гарварде, — объяснил Алекс, указывая на второй диплом.

— А, — сказала Карен, краснея. — В таком случае он врач.

— Похоже, твой дедушка был тем ещё парнем, — сказал Алекс, возвращаясь к фотографиям. — Вот четыре награды от компании "DOW"w за его работу там и… — Алекс наклонился, чтобы прочитать мелкий шрифт на официальном документе. — А это от армии. Здесь написано, что во время войны он разработал новый процесс изготовления фильтров для противогазов.

— Я…Я этого не знала, — тихо сказала Карен. — Дедушка почти не рассказывает о своей работе.

— Тебе стоит его расспросить, — сказал Алекс, снимая со стены тяжёлую раму. Он повернул её так, чтобы Карен могла увидеть официальное свидетельство, заключённое в рамку. Рядом с ним висела золотая медаль на алой ленте. — Это Нобелевская премия по химии. Уже само по себе впечатляет. — Алекс оглядел захламлённую мастерскую. — Не знаю, чем здесь занимался твой дедушка, но готов поспорить, это было что-то невероятное.

Карен просто смарен просто смотрела на награду жила в доме своего деда, но было очевидно, что она совсем его не знала.

— Пожалуйста, — сказала она, глядя Алексу в глаза. — Мы должны его найти.

Алекс прошел мимо нее, неся на себе Нобелевскую премию, и направился к самому чистому из верстаков.

— И мы его найдем, — сказал он, откладывая награду в сторону и освобождая место. — Я сразу не заметил, но его Нобелевская премия висела прямо в центре стены. Очевидно, она была для него очень важна.

— Значит, ты можешь использовать ее, чтобы найти его? — спросила Карен с надеждой в голосе.

Алекс кивнул и продолжил убирать с верстака инструменты и бумаги. Освободив достаточно места, он достал свой набор и открыл потрепанный чемодан. Из него он достал свернутую карту Манхэттена, латунный компас и потертую коробку из-под сигар.

Отложив чемодан в сторону, он развернул карту, а затем достал из коробки четыре темно-зеленые фигурки. Они были похожи на шахматные фигуры, но у каждой была голова какого-то животного. Алекс поставил их по углам карты, чтобы она не сворачивалась, пока он будет читать руну. Затем он положил в центр карты компас, а сверху аккуратно поставил Нобелевскую премию в рамке.

Когда все было готово, он достал свою книгу рун с красной обложкой и открыл ее на странице, где были добавлены руны поиска. На самом деле книга состояла всего из двух обложек, скрепленных пружинным зажимом в корешке. Новые страницы можно было легко добавить, сняв зажим и прижав страницы к двум металлическим выступам, чтобы они не выпали, когда зажим вернется на место.

Взяв один из хрупких листов светочувствительной бумаги, Алекс аккуратно оторвал его от книги, затем захлопнул книгу и отложил ее в сторону. Он сложил лист бумаги вчетверо и положил его на стекло, в котором была заключена награда.

— Ну вот, — сказал он, доставая из кармана брюк латунную зажигалку. Он чиркнул ею, и пламя коснулось бумаги. Она вспыхнула, оставив на стекле едва заметный след, а над ней в воздухе зависла оранжевая руна. Алекс не видел ее, но знал, что стрелка компаса под стеклом вращается. Постепенно начала вращаться и руна, а через мгновение она запульсировала и исчезла.

— Ну что? — едва слышно спросила Карен. — Получилось?

Алекс снял Нобелевскую премию со стрелки компаса и отложил ее в сторону. Стрелка компаса дрожала, но не двигалась с места, указывая не на север. Он посмотрел на встревоженное лицо Карен и кивнул.

— Смотри, — сказал он и начал водить стрелкой компаса по карте. Стрелка двигалась вместе с ним. Он водил стрелкой в том направлении, куда она указывала, пока внезапно она не развернулась и не указала в другую сторону.

— Что случилось? — Карен ахнула.