Я бы разорвал любого, кто хотя бы взглянет в ее сторону, но я не мог быть слишком самоуверенным после того, как эти ублюдки украли ее прямо из-под носа у Слэйда. Они явно изучили нашу стаю и знали, с кем имеют дело. Только по одной этой причине я допущу дополнительные патрули и самцов вблизи моей пары.

Когда Эммелин Андерс впервые появилась в Голден-Кло, моей целью было принять ее в стаю и укрепить наш квинтет. Я хотел контролировать ее, пометить, обеспечивать… потому что она была частью стаи.

Каким же я был идиотом.

Зная ее сейчас, имея ее в нашей жизни, я не мог вспомнить, как мы вообще существовали без нее все эти годы. Эмми принесла в мой мир тепло, свет и ощущение дома.

Мои родители были худшими представителями нашего вида, и жизнь под их властью была самыми мрачными днями в моей жизни. Сначала Слэйд не давал мне сорваться. Затем я нашел свою стаю и с головой ушел в эту ответственность. И все же, тьма моей юности оставалась.

До появления Эмми. Моей идеальной пары.

Истинная, столь же необходимая для моего существования, как еда, вода, воздух и солнечный свет.

Теперь я бы ее никогда не отпустил. Никогда.

Она бы куда больше колебалась, убегая со мной наедине, если бы знала, на что я готов пойти, чтобы удержать ее рядом навсегда — знала бы о дикости моих мыслей при одной лишь идее о жизни без нее.

Теперь моих неугомонных демонов мог усмирить лишь один оборотень. Бедняжка Эмми.

Когда мы добрались до леса, Келлан оставил на ее губах долгий поцелуй, отчего она, ошеломленная, вывалилась из машины.

— Веселитесь, детки, — с ухмылкой крикнул он нам вслед. — Не делайте ничего, чего не сделал бы я.

Эмми устремила на меня свои огромные, прекрасные глаза, глядя так, словно я был ее чертовым богом. Удовлетворение и трепет от того, что я могу заявить права на эту потрясающую женщину и быть принятым ею, переполняли меня.

— Не могу понять, собираешься ты бежать или позволишь мне тебя сожрать, — пробормотал я, и когда ее губы приоткрылись, а из груди вырвалось прерывистое дыхание, мой член дернулся в штанах. Хищник внутри меня поднялся на охоту.

О, маленькая омега. Ты будешь умолять меня, и тогда я завладею каждым сантиметром твоего тела.

Мой волк взвыл, и грудь задрожала от рокота. Когда я протянул ей руку, она без колебаний взяла ее. Ее инстинктивная реакция на нашу стаю разительно изменилась с нашей первой встречи, когда она была отчужденной и пугливой. Сегодня в ее взгляде читалось доверие, ее волчица и эмоции открылись нам.

Очень скоро она будет носить укусы всех нас. Даже Финли. Этот медведь-оборотень проводил больше времени, чем когда-либо признался бы, наблюдая за омегой, анализируя каждое ее действие. Она нарушила его привычный уклад, его с таким трудом обретенный покой. Он не раз оступался в начале их отношений, и хотя ему потребуется время, чтобы заслужить ее прощение, я не сомневался, что в конце концов это произойдет. Я ни в чем в жизни не терпел неудач, и уж точно не собирался начинать с нашего квинтета.

Эмми вздрогнула, когда на ее голые руки посыпались хлопья мокрого снега.

— Давайте телефоны и вещи, — сказал Келлан, перегнувшись через дверь. — Вернемся за вами на рассвете.

Я отдал ему свой телефон, а Эмми протянула свою маленькую сумочку. Келлан тепло улыбнулся и подмигнул ей, забирая вещи, а затем закрыл дверь.

Машина отъехала, оставив меня наедине с моей парой на фоне тускло освещенного леса.

— Удивлен, что ты захотела побежать со мной, — сказал я, расстегивая рубашку. — Здесь, в полном одиночестве, где никто не услышит твоих криков.

Дразнить ее стало моим новым любимым занятием, и мне было интересно, как она воспримет это заявление. Крики, о которых я говорил, не имели ничего общего с болью, и я был уверен, что она поняла мой намек.

Она шагнула ко мне, ее ноги в носках уже промокли, и меня охватило желание что бы она поскорее обратилась в волчицу, пока не замерзла еще сильнее.

— Может, я и не хочу, чтобы они слышали мои крики, — прошептала она, прижимая свою крошечную ладонь к моей обнаженной груди. Между нами проскочила искра энергии и тепла, и мой член напрягся еще сильнее.

— Может, — продолжила она, наклоняясь, чтобы коснуться губами того самого места, которое только что согрела ее рука, — мне просто любопытно посмотреть, что сделает большой и грозный Хантер Ривз, когда я вся буду в его распоряжении.

О, она и не подозревала, какой пожар только что разожгла. Моя бедная, драгоценная маленькая омега.

Наклонившись, я обхватил ее лицо правой рукой, провел пальцами по мягким щекам и сомкнул их на ее шее. Татуировка на моей руке послала волну удовлетворения мне и моему зверю. Моя.

— Я дам тебе пять минут форы, детка, — пробормотал я, пробуя ее сладкие губы и едва сдерживаясь, чтобы не сорвать платье с ее соблазнительных изгибов.

— Форы для чего? — задыхаясь, ответила она. Ее зрачки были расширены.