Всю ночь их шаги проходили мимо нас. Так близко…

— Да. Скоро откроют камеры, — сказал Стерлинг, приподняв бровь. — Не люблю толкучку на завтраке.

Мне нужно было перестать быть таким параноиком. У нас не было выбора.

— Мне нужно безопасное место, чтобы переждать, и мне нужно, чтобы вы нашли мою стаю.

— Почему бы тебе не пойти с нами, тогда мы сможем защитить вас, пока…

— Мы остаемся здесь.

Стерлинг фыркнул.

— Это не лучшая…

— Мы остаемся. — Я был напряжен, тревожные звоночки все еще звенели.

Взгляд Стерлинга метнулся вниз, туда, где покоилась моя рука, словно он знал, что у меня за поясом пистолет. На мгновение его лицо приняло расчетливое выражение, затем он пожал плечами.

— Ладно. — Он снова перевел взгляд с одного из нас на другого, затем кивнул. — Это то, о чем я думаю?

— Никаких вопросов.

— Ладно. — Он фыркнул, отступая назад и кивая в сторону комнаты. Я прошел мимо него, затягивая Кресцент внутрь. Глаза Люциана были прикованы к нам, и мне пришлось подавить рычание, рвущееся из горла, когда его взгляд задержался на ней.

Я огляделся, рациональные соображения о союзах уступили место порочному, дикому страху, который вырывался наружу в моей груди.

— Финниан подождет снаружи…

— Нет. Идите все.

Это была авантюра, но ведь ни у кого больше не было причин сюда заходить, верно?

— Сколько осталось до того, как на день откроются двери? — спросил я.

Стерлинг пожал одним плечом.

— Пара минут.

Недостаточно долго. Но, возможно, как раз достаточно, чтобы Кресцент была в безопасности.

Альфы ушли, и я убедился, что замок защелкнулся за ними, но мы оказались в комнате, наполненной запахами, которые нам не принадлежали.

Я сел на ту единственную кровать, которая меньше всего пахла другими — возможно, кровать альфы, который погиб в жестокой драке во время гона несколько месяцев назад. Я не помнил его имени.

— Думаешь, они поняли? — прошептала Кресцент.

Я открыл рот, чтобы солгать, но остановился. Даже без ее запаха контекст был ясен.

— Ты так хорошо это скрывала, — сказал я вместо этого, погладив ее по щеке. Это было правдой. Она держалась идеально. — Если они и поняли, то не думаю, что они поняли, у кого из нас это.

Она нахмурилась, и жидкое золото ее радужек встретилось с моим взглядом, словно она не понимала, почему это имеет значение.

А это имело значение.

Я понял, что и сам не осознавал почему, пока не сосредоточился на этом так, как сейчас.

Если они не знали, кто именно из нас, это давало мне еще один шанс защитить ее.

Обугленные и безумные инстинкты вонзали свои когти, ввергая мой разум в хаос. Я становился чем-то иным — более отчаянным, чем даже то, как описывали себя альфы, столкнувшись с течкой своей омеги.

Мои мысли метнулись обратно к тому последнему взгляду, который Стерлинг бросил на меня перед тем, как дверь закрылась.

У меня паранойя.

Я сделал вдох, прижимая ее к себе крепче, прокручивая в голове это ноющее чувство и пытаясь его разгадать.

Ее дыхание участилось, и я услышал, как она подавила скулеж. Она боролась с агонией, которая была мне знакома, и делала это с большей силой, чем была бы у меня.

Как я мог не быть параноиком?

Она была самым драгоценным существом в мире, дрожащим в моих объятиях, пока так терпеливо ждала.

Она полностью доверяла мне — своему несовершенному партнеру.

Тому, кто вот-вот ее подведет…

Я не позволю этому случиться.

— Они их найдут, верно? — прошептала Кресцент слабым голосом.

— Найдут.

Они должны были.

— Их всего трое. Что, если они попадут в беду?

— Все будет хорошо.

Но вот оно. То, что не давало мне покоя.

Стерлинг не колебался — не захотел узнать, в какой опасности могут находиться остальные. Они даже не спросили, знаем ли мы, где они могут быть…

Я нахмурился, анализируя весь разговор. Они сказали, что идут с завтрака? Но кафетерий… он был в противоположной стороне от той, откуда они шли.

Я внезапно вскочил на ноги, поднимая ее за собой.

— Син? — спросила она.

— Пойдем со мной. — Я шагнул к боксу для гона стаи Уэйкфилд.

— Что ты делаешь? — спросила она.

— Думаю, твои блокаторы ослабевают, — сказал я ей. Это было неправдой, хотя я был уверен, что это уже не за горами, но мне нужно было, чтобы она не задавала вопросов. — Внутри они будут сдерживаться. Я не хочу, чтобы кто-то, проходящий снаружи, догадался.

— Хорошо. — Я распахнул дверь, заводя ее внутрь. Она последовала за мной без вопросов.

Боксы для гона можно было запереть, но они не могли обеспечить нам безопасность. Они были спроектированы так, чтобы удерживать обитателя внутри, а не пускать тех, кто снаружи.

— Так лучше. — Я видел муку в ее глазах, когда она смотрела на меня снизу вверх. — Мы можем…? — Ее кулаки сжали мою футболку, притягивая меня ближе.