Именно Минни касается пальцами моего обнаженного локтя:

— Лия, мы не можем действовать опрометчиво.

Я резко поворачиваюсь к ней, и белый дым, вырывающийся из моего носа, чернеет.

— Ты понятия не имеешь, на что я способна, — шиплю я. — Никто не имеет.

Темные глаза моей подруги мерцают под звездами, отражая мою ярость:

— Я всегда знала.

Я отворачиваюсь, фыркая, как настоящая драконица, и начинаю шагать по плитам со сгорбленными плечами, а в голове проносятся убийственные мысли. Кровавые образы. Пронзительные крики. Хруст ломающихся под моими клыками костей. Вкус человеческой плоти на языке.

Минни идет следом за мной, и ее обычно сладкий голос звучит тихо и жестко:

— Я видела, как ты ломала себе руки ради друзей. Видела, как ты сдавалась врагу ради тех, кого любишь. Видела, как ты заново вырастила конечность на одном лишь чистом упрямстве.

Я опускаю голову, дойдя до края крыши, и разворачиваюсь хищно и целеустремленно, замирая перед своей тигрицей. Мой человеческий голос звучит по-драконьи сипло:

— И это лишь малая часть того, на что я способна.

Глаза Минни наполняются слезами гнева, когда она кивает:

— Да. Мы вернем их, Лия. Я знаю.

Я рычу в воздух, и дым рассеивается облаком вокруг меня:

— Они нужны мне. Мне нужно ощутить шкуру этой крокодилихи у себя во рту. Мне нужно напиться ее крови.

И именно Мардук произносит с осторожностью:

— Моя леди, это будет… сложно.

Я поворачиваюсь и шиплю на него, обнажая зубы:

— Я знакома со сложностями, Мардук. В моей жизни ничто и никогда не давалось легко. — Я саркастично фыркаю. — Даже мои пары достались мне непросто.

— Как, черт возьми, она вообще этого добилась? — произносит Минни в замешательстве, глядя в небо. — Я никогда не видела подобной магии. И что за порошок рассыпала вокруг матриарх гиен?

— Я вообще не думал, что такое возможно, — мрачно говорит Йети. — Так легко сменить Регину. Это ведь не может долго продержаться?

Я поворачиваюсь к фасаду школы, глядя на поле для Охотничьих Игр.

— Кость, — тихо говорю я. — То, что ты почувствовала в воздухе, Минни, — это была моя кость.

Минни ахает от ужаса.

— Боюсь, у них был правильный ингредиент, — вздыхает Мардук. — Более могущественного вещества им было просто не достать.

Она использовала мою собственную кость против меня. Мерзкая, ужасная тварь.

Рык сотрясает все мое естество. Не знаю, как долго Коллекционерша планировала это, но готова поставить на то, что очень долго. Она всегда зарилась на Косу. Всегда пожирала взглядом моих истинных, словно они были кусками мяса.

— Должен быть выход. Любые заклятия можно снять. — Я с детства изучала змеиную магию. Даже кровные клятвы можно разорвать, о чем Дикарь напомнил нам всем, отрубив себе палец. — С колдовством гиен я знакома хуже. — Это признание немного охлаждает мой пыл. — Но мы знаем тех, кто в этом разбирается.

Глаза Мардука горят в темноте, точно блестящие магические шары, полные загадочной таинственности.

— Я позвоню нашим друзьям из стаи Дабу, моя леди. Они будут рады помочь. — Он достает телефон и шагает в лестничный пролет, бесшумно ступая по камню.

— Идем внутрь, Лия, — мягко говорит Минни. — Ты голодна?

Я сжимаю зубы. Как я могу быть голодна до человеческой еды после всего произошедшего? Минни, должно быть, видит мою борьбу и вздрагивает:

— Давай хотя бы уйдем с крыши, пожалуйста?

Мой взгляд снова устремляется в ночную темноту, не желая покидать открытый воздух. Словно мы еще можем увидеть, как наши любимые подъезжают по дороге к академии. Словно Дикарь сейчас высунется из окна с развевающимися по ветру волосами и помашет мне рукой. Я с трудом отвожу глаза. Глупо. Глупо.

Они не вернутся ко мне сами.

Мне придется вырвать их из ее когтей. Весь мир вот-вот узнает, что бывает, когда ты переходишь дорогу стае Костеплета.

Глава 2

Ксандер

No Light, No Light — Florence and the Machine

Она подготовилась

Коллекционерша стоит с напряженными плечами, положив на плечо винтовку с дротиками. Оружие целится в Дикаря, который бездумно сражается с десятью противниками сразу, уже получив по два дротика в каждое бедро. Будь я добрым и отзывчивым человеком, я бы посоветовал им достать дротики с дозировкой для медведей. Но времена моей отзывчивости прошли.

Вместо этого я выхватываю самокрутку прямо из пальцев стоящего рядом охранника. Он возмущается лишь секунду, пока мой свирепый взгляд не заставляет его умолкнуть. Я выбираю клочок травы у самого колеса ближайшего джипа и сажусь, вытягивая ноги и скрещивая их в лодыжках, пока безумный рык Дикаря служит фоновой музыкой к моей затяжке.

От этой кутерьмы меня отвлекает одна деталь. Кое-что, горящее темным огнем сбоку на моей шее. Метка нового рода.