«Он адоратор», — пояснила Селена, вернувшись от зеркала с восстановленным лицом и достоинством.

Врабель поклонился. «Не будет невежливостью сказать, что я еврей, Ваше Высочество», — сказал он, но снова обратил свое внимание на меня. «Едва ли найдется разговор, в котором Его Сиятельство не упомянул бы вас».

Я удивленно посмотрел на мужчину. Его присутствие, как мне показалось, было еще одним признаком тщательного планирования императора. Это имело смысл. Он не был лоялен к Капелле, не придерживался ее верований. Не мог. Кто же тогда мог бы быть более подходящим для ухода за больным императором, который более тысячи лет сдерживал Капеллу?

«Он в сознании?» Спросил я, склонив голову к спящему императору.

«Нет», — ответил Врабель, почти яростно качая головой. «Нет, нет. Машина стимулирует нервную ткань. Она искусственно имитирует нервную активность, так что пока она включена, император фактически находится в сознании. Вы понимаете?»

«Он не осознает течение времени», — догадался я.

«Если аппарат не работает», — кивнул Врабель. «Но у него будут воспоминания об этом разговоре, когда его сцедят — если его сцедят. Но они будут ощущаться фрагментарными».

«Вы не можете просто запустить машину?» — спросил я.

«Нет, не без риска повреждения нервных клеток», — ответил Врабель. «По правде говоря, мы рискуем повредить нервные клетки, используя машину вообще, но император настаивал...»

Я снова обратил внимание на деформированное лицо монарха. «Это похоже на него...»

В этот момент двери открылись, и Селена, доктор и я обернулись, чтобы увидеть прибытие гостей императора. Никифор впереди, отошел в сторону, когда они вошли в зал, и встал рядом с рыцарями-экскувиторами, которые охраняли дверь.

И вот он здесь, в белых доспехах, белом шлеме, белом плаще с красным подкладом, в окружении пары экскувиторов в зеркальных серебряных доспехах.

Мой оруженосец. Моя неудача.

Принц.

За ним следовала толпа свидетелей. Мужчины и женщины, ученые, логофеты и лорды. Я заметил среди них сэра Грея Райнхарта, директора разведывательного управления Легиона, и марсианского офицера, которого я принял за лорда Райса. Среди них стоял Тор Ксантипп из Совета Безопасности, с зачесанными назад длинными белыми волосами и тяжелым нагрудником с цепями его должности. Там был принц Матиас, который привез Селену на Гододдин с Латарры, вместе с тремя рыжеволосыми и прекрасными принцессами, которых я не знал. И там был Каим-Олорин, князь Джадда, только что вернувшийся со сборов на Тенбе, его черно-золотая филигранная маска была на месте. За ним шли солдаты Легиона, офицеры в черном и серебряном. Пришли стратиг Копаркар и Амата Ремпел.

И вот он, прямо рядом с ней. Кантор Йод. Призрак в ослепительно черном.

Толпа зашевелилась и зашепталась, стоя на прекрасном ковре. Все принцессы отвели глаза, не в силах вынести вида своего отца.

Принц Александр не поклонился, не выглядел удивленным состоянием монарха. Его глаза были тверды, как камень, остры, как клыки. «Ты гордишься собой?»

«Молчать!»

Голос императора прокатился по залу подобно волне, подобный грому, заставив замолчать лордов Империи, и я понял, кого мне напоминает это железное звучание.

Кхарна Сагару.

Это было так похоже на ровный, фальшивый голос его машин.

«Ваша вражда должна закончиться», — сказал император. «Я хочу, чтобы вы заключили мир здесь и сейчас, ради меня - старика».

Глаза принца расширились, а затем сузились до щелочек. «Отец, этот человек только что уничтожил планету! На Эйдине были люди!»

«Ему не пришлось бы действовать, если бы ты был готов принять его как брата».

«Брата? Его?» Александр вскинул руки, чтобы снять свой шлем с красным гребнем. «Он — творение экстрасоларианцев! Предатель!»

«Ты знаешь, что это не так», — возразил Вильгельм. «Он устроил ловушку для сьельсинов, и сделал это с моего благословения».

Это вызвало волнение, приступ шока среди толпы — и у меня. Я повернул голову к резервуару, и мне потребовалось все мое самообладание, чтобы не выкрикнуть: «Что?».

«То, что произошло между вами, закончится здесь», — велел Вильгельм. «Враг приближается. Мой народ, Александр, твой народ, нуждается в вас обоих. Нам нужны все средства, которые у нас есть, все союзники, которых мы можем найти. Нам нужно оружие лорда Марло».

Александр ткнул шлемом в сторону одного из андрогинных оруженосцев, затем подошел ко мне и встал рядом. «Отец, это безумие».

«Хватит!» В этот момент машина Врабеля дала сбой, и слова императора повторились снова и снова. «Хватит! Хватит! Хватит!»

Александр отступил на шаг. Зеленые глаза, словно кинжалы, впились в мое лицо. «Если ты действительно наш человек, — сказал он, — ты отдашь нам свой корабль. Это оружие. Отдай его нам».

«Я не могу допустить, чтобы арсенал попал не в те руки».

«Ты думаешь, что только твои руки правильные?» — спросил Александр.