«А остальные имена, – сказала Коко, пробегая глазами список, – тут я не помогу. Милла? Понятия не имею, кто это. Я с именами не дружу».

«Ну, Милла – горничная. Я познакомилась с ней вчера», – сказала Дейзи, радуясь, что продвинулась хоть немного. «А вот остальных не знаю. Ладно, буду копать дальше».

Она спрыгнула с фонтана, и её вдруг осенило. «Вообще-то ещё один вопрос. Ты ведь говорила с Жиро, да?»

Коко кивнула.

«Он спрашивал тебя про Закари?»

«Нет. То есть семейство Харди – первое, что приходит людям в Родсе в голову, когда нужен адвокат, а Жиро – первый, кого вспоминают, когда речь о частных расследованиях. Наверняка они на короткой ноге. У меня было ощущение, что Жиро и так уже всё про него знает».

Может, и знал. Может, знал Закари Харди так хорошо – или думал, что знает, – что просто перескочил через него. Но чего он не знал, а Коко только сейчас вспомнила, – это что незадолго до убийства тот стоял у каюты Джейкоба, обливаясь потом.

Это было немного. Но кое-что у неё против Жиро всё-таки было. Может, он знал этих людей слишком хорошо, и потому не подозревал никого – особенно тех, у кого имелись связи, способные уничтожить его карьеру, если он обвинит не того. Он сделает всё, лишь бы не наступить им на мозоль. А у Дейзи такой проблемы не было. Ей нечего терять.

Оставалось лишь надеяться, что это приведёт её к тому, что действительно произошло той ночью.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Дейзи казалось, что поместье Вандивиров – воплощение роскоши и показухи: громадина, позолоченные статуи, фонтаны на каждом шагу. Но рядом с владениями Лафайеттов оно выглядело лачугой. Устроившийся на береговой линии, этот комплекс был обнесён внушительной кирпичной стеной с настоящими башенками. Главной доминантой был гигантский белый колокольный столп. Часы на нём пробили семь, когда Дейзи подошла к сторожке у ворот.

К счастью, поскольку в поместье Лафайеттов никого не убивали, охрана там была куда менее напряжённой. Стоило Дейзи попросить мистера Харди, как её тут же впустили, и один из охранников проводил её к главному дому.

Через минуту появился он сам – в рубашке поло и шортах цвета хаки, весь вид как у адвоката на отдыхе. Лысина намечалась, но он был загорелый и вовсе не такой «кротоподобный», каким Дейзи его представляла со слов Коко. Более того – улыбка у него оказалась обаятельной, как и выверенный британский акцент. «Добрый день, мисс…?»

«Форчун. Дейзи Форчун».

– А-а. – Он жестом пригласил её пройти в гостиную с окнами. Комнаты Вандиваеров были светлые и воздушные, а здесь – всё наоборот. Стены тёмные, обшитые панелями из красного дерева, и повсюду – особенно на мебели и тяжёлых портьерах – в изобилии красный бархат. Ничто не помогало впустить внутрь красоту снаружи. Но больше всего её взгляд притянули расставленные по комнате золотые львы в человеческий рост. Закари, должно быть, заметил, что она не может отвести глаз, потому что сказал:

– Да, у Лафайетов весьма занятные вкусы. Мистер Лафайет собирает вещи со всего света.

– О, они… – слово ужасные вертелось у неё на языке, но она вовремя вспомнила о приличиях. – …Прелестные.

Он снова тихо рассмеялся.

– Ужасные. Ничего, можете так и сказать.

Она засмеялась.

Лицо его посерьёзнело.

– Охранник у входа сказал, что вы частный детектив. Вы работаете на Жиро?

– Нет, вообще-то меня наняла Наташа Блейк.

Он приподнял бровь.

– Любопытно. Полагаю, она скорее доверится соотечественнице-американке. И как продвигается дело?

– Ну, я всё ещё разбираюсь в фактах, опрашиваю свидетелей. Вы были здесь в ночь смерти Джейкоба Вандиваера?

Он кивнул.

– Рад, что вы сказали «смерти», а не «убийства», потому что это был несчастный случай. И только. Отчёт коронера подтвердил: фентанил, проглатывание.

– Вы так в этом уверены.

– Да, пожалуй, уверен.

– Но один свидетель сказал, что вас видели у его комнаты незадолго до того, как его убили, и вы выглядели… нервным?

Он моргнул.

– Кто это сказал?

– Вы там были? – настойчиво спросила она, проигнорировав вопрос.

Он кивнул, потом потянул воротник своей рубашки поло.

– Да, был. Вандиваер попросил меня подняться на борт, потому что у меня были бумаги для его подписи по «Вандиваер Холдингс». Он как раз собирался приобрести горнодобывающую компанию в Пенсильвании, и я неделями пытался с ним связаться, чтобы наконец оформить документы. Но когда я пришёл, выяснилось, что он устроил предсвадебную вечеринку для ближайших друзей и уже был пьян в стельку.

– Он был пьян?

– Очень. Он вообще почти не соображал. Я пытался говорить с ним о делах – он и слушать не хотел. Потом он и его брат страшно разругались из-за чего-то, и он умчался к себе. Когда я попытался заставить его открыть дверь, он накричал, чтобы я оставил его в покое. Голос у него был… раненый, что ли.

– Раненый?