Нам приносят бургеры с картошкой фри, и мы набрасываемся на еду. Я не могу перестать на неё смотреть.

— Что? — спрашивает она, заметив.

— Мне просто нравится видеть тебя такой расслабленной. Счастливой. Настоящей. Знающей, чего ты хочешь, добивающейся своего и не позволяющей никому садиться себе на шею.

Она улыбается.

— Спасибо. Не уверена, что у меня всё разложено по полочкам. Но я точно знаю, чего не хочу. Я не хочу жить жизнью моего отца. Кажется, он вообще никогда не бывает счастлив.

— Ты ничего не слышала о маме и сестре? — спрашиваю я.

Она качает головой.

— Уилби говорит, что она не появлялась, а папа стал работать ещё больше. Тайлер и Белладонна переехали в дом моих родителей.

Меня передергивает.

— Так дико, что они поженились. И тыкают всем в лицо. Мне не нравится то, как он с тобой разговаривал, и я не хочу, чтобы он приближался к тебе. Он тебя ни капли не уважает.

Она ухмыляется.

— Посмотрите-ка на моего защитника. Как сексуально, горячий муж.

Я качаю головой и меняю тему.

— После этого у меня для тебя сюрприз.

Она отправляет в рот картошку фри.

— Мне нравятся твои сюрпризы.

А мне нравится она.

***

Тайная бухта — лучший секрет местных жителей. О нём знают лишь немногие туристы. Местные ревностно оберегают место и редко делятся им с кем-то. Идти туда примерно с пару километров, но оно того стоит. Виды по дороге потрясающие, а когда приходишь — водопады просто великолепны. Я знаю, что Сильви понравится.

Она идёт позади меня, тихонько напевая под нос, то и дело останавливаясь, чтобы коснуться листа или отметить, как свет пробивается сквозь ветви. Она выглядит расслабленной и счастливой. Словно весь шум испарился в ту самую секунду, как мы ступили на тропу. Я всегда находил здесь покой, и теперь счастлив разделить его с ней.

— Ты всех своих девчонок сюда приводишь?

Я смотрю на неё так, будто ответ очевиден.

— Только ту, на которой женился.

Она смеётся, а когда перед нами наконец открывается вид на водопад, умолкает. Она резко останавливается. В воздухе висит туман, прохладный для кожи, солнечный свет застревает в брызгах, цепляясь за остатки уходящего дня.

— Ох, — выдыхает она. — Не могу поверить, что это место существует.

— Это моё любимое место на острове.

Тогда она смотрит на меня и кивает.

— Твоя татуировка с водопадом.

Вода холодная, когда мы заходим в неё — поначалу шокирует, а потом бодрит. Она взвизгивает и вцепляется в меня, вздрагивая, пока её пальцы впиваются в мои руки, и смеётся.

Я притягиваю её к себе, её ноги обвивают мои бёдра, пока я завожу нас под водопад. Вода бурлит вокруг нас, её руки скользят в мои волосы. Мои руки ложатся ей на талию, прижимая к себе, мой член твёрдый и готовый к ней. Нам больше некуда спешить. Только мы в лучах заката в одном из моих любимых мест. Там, где мы и должны быть в этот момент. Вместе.

Я опускаю голову к её лицу и мягко целую, нуждаясь в ней, желая её и давая ей то, что нужно ей. Я стягиваю плавки с её бёдер и сбрасываю свои шорты, подтягивая её вверх и резко входя в неё, и мы оба тяжело дышим от желания и жажды. Я чувствую, как она сжимает меня и кончает вокруг меня, и моё тело рассыпается в её объятиях, и мы становимся единым целым.

Позже мы растягиваемся на тёплых скалах, солнце сушит нашу кожу, а звук воды звучит ровно и непрерывно. Голова Сильви покоится у меня на груди, её пальцы лениво вычерчивают круги, словно она заучивает меня наизусть.

— Я хочу, чтобы с тобой всё было по-настоящему, — тихо говорю я.

Слова удивляют меня даже в тот момент, когда слетают с губ. Но я не беру их назад.

Она поднимает голову, её глаза ищут моё лицо.

— Всё и так по-настоящему.

— Я люблю тебя, — говорю я.

Признание не звучит пафосно. Это звучит честно.

Её улыбка мягкая и уверенная.

— Я тоже тебя люблю. Для меня это перестало быть фальшивкой очень давно.

Облегчение накатывает на меня с такой силой, что мне приходится зажмуриться на секунду. Будто я всё время задерживал дыхание и даже не осознавал этого.

Мы остаёмся там какое-то время, обвив друг друга руками, и весь мир сужается до воды, солнца и кожи. Всё происходит неспешно и без суеты, и совсем не похоже на ту безумную страсть, которую я раньше принимал за любовь.

В конце концов она шевелится, опираясь на локоть.

— Могу я кое о чем тебя спросить?

— О чём угодно.

— Ты хочешь детей?

Вопрос звучит мягко, но имеет огромный вес. Я не ухожу от ответа. Не шучу.

— Да, — отвечаю я. — Всегда хотел.

Её брови слегка взлетают вверх.

— Серьёзно?

— Серьёзно, — говорю я. — У меня не было отца в детстве. Думаю, это во мне засело.

Она слушает, тихая и внимательная.