Мы встречаемся через час на небольшой открытой площадке у пляжа, где стоит фургончик с кофе. Саммер заказывает нам айс-матчу и говорит, что мне обязательно понравится. Она зелёная, так что посмотрим. Особых надежд я не питаю.

— Доверься мне, — говорит она, протягивая мне стакан. — Она изменит твою жизнь.

Я делаю глоток и стону.

— О нет. Это опасно. Она действительно вкусная.

Она смеется.

— Это мой самый любимый напиток на свете.

Ходить по магазинам с Саммер — одно удовольствие. Она протягивает мне платья, льняные шорты и летящие топы, будто заранее знает, что мне подойдёт. Я примеряю вещи. Кручусь. Говорю «да» цветам, которые дома ни за что бы не выбрала. Потому что большинство людей здесь, в Коконат-Бич, носят яркие и жизнерадостные цвета, и мне безумно нравится.

— Вот, — говорит она, указывая на сарафан. — В нём ты будешь выглядеть как местная.

Я разглядываю своё отражение в зеркале и едва узнаю себя — в хорошем смысле.

— У тебя есть какая-то история, — легко замечает Саммер. — И если ты готова ею поделиться, я могу стать твоими ушами.

Какая-то часть меня хочет вывалить все ужасные, грязные подробности, но я сдерживаюсь. Мне нравится Саммер, но я не уверена, что готова объяснять, в каком я сейчас кошмаре. Я сама ещё едва во всем разбираюсь. Не хочу обрушивать на неё свой психотравмирующий багаж и отпугнуть после нашей первой дружеской встречи.

— Я бы с радостью, — говорю я, и это чистая правда, а затем перевожу тему. — Может, дальше примерим купальники?

— Ещё бы!

К тому времени, как мы заканчиваем, у меня полные руки покупок, а щеки болят от улыбок.

Я купила не просто одежду. Я купила версию себя, которая, кажется, действительно может оказаться мной. И ни одного строгого черного костюма в поле зрения. Я осознаю, что, кажется, костюмы мне никогда и не нравились. Интересно, смогу ли я привлечь своего стилиста, чтобы она помогла мне подобрать другие наряды, когда я вернусь в Нью-Йорк? Одежду, которая больше похожа на меня. Цветную. Я так отчаянно пыталась вписаться в корпоративный мир, что одевалась как мужчины, с которыми работаю. Теперь я понимаю, что в том мире вполне можно быть собой. Я могу быть яркой. Могу позволить себе быть женственной.

— Земля вызывает Сильви, — улыбается Саммер.

— Ой, прости, просто ушла в свои мысли. — Я смеюсь и смотрю на часы. — Я умираю с голоду. Не хочешь перекусить в фургончике с едой, который я видела там, позади?

Она кивает, её глаза блестят.

— О да, чёрт возьми! Я бы сейчас реально могла заказать всё, что есть в меню. Настолько я голодная.

В итоге всё меню мы зазывать не стали, но взяли стрит-тако и устроились за столиком для пикника. Тако оказались потрясающими — сочными, с идеальным количеством специй и кучей свежих овощей сверху. Рада, что заказала три штуки.

— Так чем ты любишь заниматься у себя в Нью-Йорке? — спрашивает Саммер с набитым ртом. — Ходишь на бродвейские шоу? Посещаешь статую Свободы? Стоишь посреди Таймс-сквер?

Мне нравится, что она ест неаккуратно. Благодаря этому я чувствую себя менее неловко из-за того, как сама ем перед новой подругой.

— Едва ли. Я же не туристка. — Я фыркаю, а затем делаю глоток газировки. — Я, по сути, только работаю.

Она выгибает бровь.

— Звучит скучно.

— Ну, мне так не кажется, если честно, — отвечаю я откровенно. — Я вице-президент в компании моей семьи. Фирма по частным инвестициям и управлению активами. Мы помогаем людям управлять их финансами. Простыми словами — помогаем богатым оставаться богатыми.

— А ты богатая? — шепчет она, подаваясь вперёд.

Я смеюсь.

— Вроде того. У меня есть деньги в инвестициях. Но не то чтобы горы наличных в банке. Думаю, я неплохо справляюсь.

Порой я не знаю, как объяснить свой странный мир людям. Я выросла с родственниками со стороны матери, которые были очень состоятельными. Но мой отец не был богат, когда встретил маму. О чём я иногда задумываюсь. Они давят на меня, чтобы я спасла компанию, но какой ценой? Деньги — ещё не всё. Я заработала достаточно, чтобы, честно говоря, уйти на покой где-нибудь и жить очень простой жизнью. Но я люблю компанию. Мне нравится помогать людям. И мне нравится наблюдать, как она растёт и процветает. Я не хочу останавливаться. И если мы потеряем её из-за меня... не знаю, как я когда-нибудь смогу себя простить.

К счастью, мы меняем тему, и она рассказывает мне забавные истории о своих учениках по йоге. К тому времени, как мы доедаем, я полностью расслаблена и искренне рада, что набралась смелости позвать её прогуляться.

— Нам обязательно нужно повторить, — говорит Саммер, когда наш день подходит к концу. — Мне было очень весело.

— Мне тоже, — соглашаюсь я и затем заключаю её в самое неловкое в мире объятие. — Буду ждать с нетерпением.