И я как будто падаю куда-то. Лечу вместе с ней в пропасть. Без обычной уверенности, что я знаю, что делаю. Потому что я нифига не знаю! Только чувствую. Что чувствую? Её вкус, дрожь её тела и пальцы, которые всё сильнее мнут мою футболку на груди. И её дыхание прямо мне в рот.

Алиса дрожит, а меня трясёт, блин. Реально трясёт. От желания, от страха, от радости? Хочу прижать её ещё крепче и никому не отдавать.

Моя ладонь сама поднимается к её щеке. Я касаюсь осторожно и большим пальцем провожу по нежной коже. Алиса чуть наклоняет лицо к моей руке. Она тихо выдыхает и этот её выдох проходит по мне ударной волной.

Я забываю, где мы. Пофиг. Сейчас есть только эти тёплые и мягкие губы и наше сбивчивое дыхание. А ещё моё желание, такое горячее, что пугает меня самого.

Хочу больше. Намного больше. Но торможу себя. Потому что это Алиса. Моя вредная, упрямая, рыжая Алиса, которую нельзя брать нахрапом.

Да только я всё равно не выдерживаю и второй рукой осторожно обнимаю её за талию.

— Тём… — шепчет она мне в губы.

И всё. Мне конец.

Решаю углубить поцелуй, но именно в этот момент в дверь резко стучат.

Мы оба вздрагиваем. Алиса отскакивает от меня так быстро, будто её током ударило. В тот же миг дверь распахивается и в комнату вваливается Лёха.

Стоит на пороге, хмурый, с каким-то свёртком в руках. Сначала смотрит на Алису, потом на меня. Потом снова на Алису. И я вижу, как у него вытягивается лицо.

Ну, конечно. Просто идеально, блин. Самый нужный человек в самый нужный момент. Придурок. Что за способность всё портить?! Он специально? По морде захотел?

— А вы тут чем занимаетесь? — спрашивает Лёха глухо.

— Работаем, — отвечаю я раньше Алисы и делаю шаг к нему. — А ты чё припёрся?

— Помешал? — огрызается он. — Вы не забыли, где вы?

Алиса резко краснеет. Смотрит куда угодно, только не на меня. И это почему-то бесит ещё сильнее. Не потому что она смутилась, а потому что перед ним! Перед Лёхой, блин.

— Лёш, что случилось? — спрашивает Алиса тихо, поправляя косынку на волосах.

— Батюшка просил тебя, — говорит Лёха, не сводя с меня злого взгляда. — Там у ворот какие-то люди приехали. По смете вопросы. Он сказал, чтобы ты подошла. Срочно.

— Пусть подождут, — сразу говорю я.

Оба смотрят на меня.

— Я сейчас подойду, — говорит Алиса и делает шаг к двери.

Я хватаю её за запястье. Не хочу, чтобы она с ним уходила? Это, блин, как признать поражение!

— Алис, погоди.

Мне надо, чтобы она осталась. Чтобы этот долбанный Лёха не думал, что может ввалиться и забрать её одним своим «срочно».

— Потом, Тём, — тихо говорит она и аккуратно высвобождает руку.

Потом.

— Потом у меня дела могут быть, — усмехаюсь.

Алиса останавливается на пороге и оборачивается.

— Не начинай, пожалуйста, — говорит она. — Там правда дело.

— Да я и не начинаю, — пожимаю плечами, не глядя на неё. — Просто интересно... ты всегда так быстро идёшь, когда он зовёт?

Лёха хмыкает. Я даже не смотрю на него, но слышу. И этого хватает, чтобы внутри снова вспыхнуло.

— Артём, — Алиса произносит моё имя тихо, но жёстко. — Я не обязана перед тобой оправдываться.

Ну вот. Опять.

Как пощёчина почти. Только без ладони. Я киваю, будто мне пофиг. Будто внутри не разрывает всё от одной мысли, что минуту назад она дрожала в моих руках, а сейчас уходит с ним.

Лёха стоит рядом и смотрит так, будто выиграл. Придурок.

А Алиса медленно отворачивается.

— Пойдём, Лёш, — говорит она глухо. — Нас ждут.

И уходит с ним.

Глава 31. Передумал

Я специально задерживаюсь в этой комнате. Делаю вид, что капец как занят и мне это офигеть как интересно. Чего жду? Ну, что она вернётся. Пошлёт этого долговязого и вернётся. Мы же не договорили.

Чёрт.

Не получается у нас с ней разговор. Хоть башку разбей — не получается и всё! Почему с ней не так, как с другими? Откуда, блин, такие сложности? Может, нафиг послать это всё? Оно надо мне, вообще?

И всё равно сижу тут, в этой пыльной комнате, и жду. Как придурок.

Жду.

А она не приходит…

Доделываю всё и выхожу. Прощаюсь с батюшкой и иду домой. А сам всё время оглядываюсь — ну, вдруг она прибежит? Вдруг одумается?

Фиг там.

Ей всё равно. ей реально пофиг на меня и на всё, что между нами есть. Да что есть-то?! Ничего и нет! Потому что ей пофиг!

Она виновата. Пусть сама приходит первой. Пусть хотя бы раз не я бегаю за ней, не я объясняю, не я делаю что-то. Пусть она.

К вечеру злость смешивается с какой-то дурацкой обидой. Если ей всё равно, то мне тем более. Только почему тогда я представляю, где она сейчас, с кем и почему не пишет? Блин.

Утром я нахожу деда во дворе.

— Дед, работа есть? — спрашиваю я.

Он смотрит на меня поверх очков.

— Работа всегда есть. Вопрос — зачем она тебе так срочно понадобилась?

— Просто хочу заняться чем-нибудь.