За моей спиной раздались звуки их драки, а шаги приближались. Я подняла глаза и увидела Дрена.

— Я не хотела…

— Я знаю. Всё нормально.

— Да ни хера не нормально! — закричала я на него. Он присел на корточки рядом со мной, положив подобранную косу на колени. Как я собираюсь объяснить это своему ребенку? Мы выбрались на волю, потому что твоя мать пришила свою подругу?

— Она мертва всего на три дня. Если вся эта мифология о живых вампирах и прочей хрени не врет. Про серебро никто не упоминал, но мы никому об этом не скажем. Это будет наш секрет, идет? — Он потянулся за спину Анны, выдернул нож и швырнул его через всю комнату. Я краем уха улавливала, как сзади Гемелл и Рэйвен кружатся в пыли и брызгах крови, но я слишком ослепла от слез и горя, чтобы понять, кто побеждает.

Я закивала, готовая отчаянно цепляться за любое убеждение, которое могло бы отменить то, что я только что натворила.

— Она должна была умереть, Эди. Это её обращение. Если подумать, ты была единственной, кому она могла доверить это сделать, — продолжил он.

— Даже не тебе?

— О нет. Мне уж точно нельзя. Я по самой своей природе ненадежен. — Он снова поднялся. — Йорген, — позвал он и свистнул, и Гончая подбежала трусцой. — Иди скажи остальным, что мы уже в пути. — Йорген скрылся на лестнице. — Ты ведь достаточно сильна, чтобы унести её? — спросил Дрен. — Там внизу могло еще несколько тварей остаться. Я бы предпочел, чтобы мои руки были свободны для драки.

Я снова кивнула. В прах она не превратилась, и бросать её здесь мы не собирались. Это ведь к лучшему, да?

О, пожалуйста, малыш, пожалуйста.

Я убрала испачканную в крови прядь волос с лица, измазавшись еще сильнее.

— А как же они? — спросила я, наклоняясь, чтобы поднять Анну.

— Не наша забота. Нам нужно быть в пути до рассвета.

Я оглянулась. Гемелл по-прежнему меня беспокоил. Как бы мне ни хотелось бросить его, я не осмеливалась просто так отпустить его на волю. К тому же, он помог мне зайти так далеко.

— Рэйвен либо сдохнет здесь, либо будет наказан как-то иначе. В воде теперь кровь, а Лос-Анджелес — не такой уж глубокий водоем. Кроме того, если нас здесь не будет, Гемелл сможет начать отдавать Рэйвену приказы, если он действительно тот, за кого себя выдает.

Расспрашивать Дрена, что именно он имел в виду, времени не было, но это натолкнуло меня на мысль, к тому же обмякшее тело Анны прижимало содержимое моих карманов к бедрам. За последнюю неделю я прошла через столько дерьма. Я не для того через всё это прорывалась, чтобы остаться рабыней.

Я аккуратно положила Анну обратно на пол и повернулась к происходящему за нашей спиной.

— Я приказываю тебе отменить его вызов, — потребовала я, хрен знает, сработает ли это.

Гемелл, казалось, на мгновение перехватил инициативу. Он попытался прикончить Рэйвена, и тот лишь в самый последний момент успел оттолкнуть его от себя.

— Тебе нельзя его убивать. Я передумала, я запрещаю это. Так что отмени вызов прямо сейчас.

— Это так не работает… — начал Дрен.

— Теперь работает.

Гемелл оттолкнул Рэйвена назад.

— Я лишаю тебя твоих прав, и ты снова под моим командованием.

— Но я взываю! — закричал Рэйвен, оказавшись в ловушке и дико озираясь по сторонам в поисках помощи.

— Прикажи ему замереть. Скажи, чтобы он не двигался и не смел издать ни звука.

Гемелл посмотрел на меня, тяжело дыша.

— Месть ему должна принадлежать мне.

— Я знаю, и она будет твоей. Но сначала мне кое-что от него нужно. Прикажи ему вытянуть руку.

Гемелл размахнулся и съездил Рэйвену по роже, прежде чем скомандовать:

— Вытяни руку.

— И сожми кулак, — добавила я.

— Ты слышал её, — пригрозил Гемелл.

Дрен разрывался между тем, чтобы охранять тело Анны, и тем, чтобы подойти посмотреть, какую херню мы тут затеяли.

— Эди, какого хуя ты делаешь? Рассвет уже…

— Рассвет приходит всегда. Та еще шлюха, — ухмыльнулся Гемелл. — Делай, что сказано.

Рэйвен, оказавшись в такой же ловушке, в какой была я, подчинился.

Гемелл отошел в сторону, и между Рэйвеном и мной снова возникло это притяжение. Прикажи он мне сейчас, мне пришлось бы подчиниться. По его глазам я видела, чего он от меня хочет, как он умоляет. Но мои руки были по локоть в крови, и это помогло мне без труда отвернуться.

Я зубами разрывала упаковки с иглами; в голове промелькнули мысли о промахе и еще о сотне куда более болезненных мест, куда можно было бы его ткнуть вместо руки, но я сосредоточилась на текущей задаче. Кровь хлынула в основание иглы-бабочки, и я насадила пробирку на свободный конец трубки. Кровь Рэйвена побежала по пластику, точно по соломинке, заполняя вакуум внутри пробирки.

Ранее я прихватила шесть пробирок, и теперь заполнила их все до единой. Кровь — это сила, и если она мне когда-нибудь понадобится, надеюсь, этого хватит.

Гемелл мрачно усмехнулся, возвращаясь и понимая, что происходит.