Я закатила глаза.

— Хороший ответ. А ещё говорят, что королевские фейри поглупели за столетия кровосмешения…

Магия между кончиками его пальцев разгорелась ярче.

— Ты не можешь так со мной разговаривать, трущобная фейри. Ты пытаешься унизить меня снова и снова.

И вот мы подошли к сути его проблемы. Его гигантскому эго.

— Ты имеешь в виду, когда я надирала тебе задницу на одном испытании за другим, или когда я сказала, что нахожу тебя отталкивающим?

— Трущобная фейри, отвергающая принца… — прорычал он.

Он швырнул в меня магию, и она проникла в меня сквозь железные прутья. Боль пронзила моё тело, ломая кости. Меня затрясло, пальцы судорожно вцепились в каменные стены, пытаясь справиться с агонией. Я вспомнила о ножах в своём рюкзаке и сделала всё, что было в моих силах, чтобы не вытащить один из них прямо сейчас и не бросить в него.

Не убивай принца. Не убивай принца. Не убивай принца.

Когда я снова посмотрела на Мэддана, я стиснула зубы.

— Чего ты надеешься достичь здесь, принц? Когда начнётся следующее испытание, они выпустят меня в мир. И я, возможно, не буду нежной, когда расправлюсь с тобой.

Он не ответил, просто вызвал ещё одну вспышку красной магии и метнул её в меня. Я подняла руки, чтобы отразить её, но она ударила мне в предплечья, и боль пронзила мои кости, сухожилия, разрывая на части. Я застонала, пытаясь сдержать крик. Я не знала, что это за магия — то ли она на самом деле ломала мне кости, то ли просто причиняла боль. В любом случае, к тому времени, когда я доберусь до следующего испытания, я, возможно, буду не в том состоянии, чтобы одолеть его.

Еще один разряд его адской магии пронзил моё тело, и я больше не могла ясно мыслить. Боль пронзала насквозь. В моей голове промелькнуло несколько бессвязных мыслей: Мэддан — придурок… Руадан — придурок… Савус — придурок… Ничего особенно полезного или познавательного.

После финальной атаки — последнего всплеска красной магии — я прислонилась спиной к стене, и мой мир начал погружаться во тьму.

***

Я вдохнула аромат яблок. Я почувствовала, как шершавый камень впивается мне в спину там, где я прислонилась к стене, и, хватая ртом воздух, почувствовала, как частички грязи попадают в мои лёгкие. Но теперь воздух пах по-другому. Пахло городом Эмейн, и перед моим мысленным взором предстали яблони, растущие на диких холмах мифической страны.

Боль пронзила моё тело, и я застонала. Нежные пальцы подняли меня с камня, пока я не встала, но мои глаза всё ещё были закрыты от усталости. Я привалилась к мощному телу. Яблоки и сосна.

У меня совершенно пересохло во рту, и я облизнула губы.

— Кто здесь? — спросила я, всё ещё полусонная, хотя по запаху поняла, что это Руадан.

— Это я, — прошептал он так тихо, что я почти не расслышала его.

Мои глаза резко открылись, и я обнаружила, что смотрю на тёмные очертания рубашки. Затем я посмотрела в фиалковые глаза, ярко светящиеся в темноте. Его сильные руки приподняли меня, и тепло, исходящее от его тела, обдало мою замёрзшую кожу. Я ненавидела этого ублюдка, но, несмотря ни на что, мне хотелось, чтобы он остался здесь, обняв меня, просто чтобы согреть.

В роскошной комнате едва хватало места для двоих, особенно учитывая ширину плеч Руадана. Он притянул меня ближе к себе, прижимая к своему мускулистому телу. Я смутно осознавала, что от меня всё ещё воняет речной водой и мочой, но я слишком устала, чтобы обращать на это внимание. На самом деле, я была рада, что Руадану приходится иметь дело с вонью.

— Где Киара? — шёпотом спросила я.

Он наклонился, и его дыхание согрело моё ухо.

— Она здесь. Через две камеры от тебя. Ты должна вести себя тихо.

— Почему ты здесь? — прошептала я.

Он прижал палец к моим губам, заставляя замолчать. Интересно. Он не хотел, чтобы охранники знали, что он здесь.

Я почувствовала тепло его пальцев на своей пояснице, и он провёл ими вверх по позвоночнику. Исцеляющая магия пульсировала в моём теле, успокаивая. Одна из его огромных рук обхватила меня за талию. Как бы я ни ненавидела это, в ответ на его магию инкуба к моей коже прилило тепло.

Кончики его пальцев прошлись выше по моему позвоночнику, и боль покинула моё тело.

Когда его рука снова погладила меня по спине, в моей голове расцвело неприятное воспоминание — я, обнажённая, в постели Руадана, извивающаяся рядом с ним.

Что, чёрт возьми, со мной не так? Моё тело взбунтовалось против здравого смысла. Это магия инкубов.

Руадан наклонился и прошептал:

— Тебе нужно выжить.

Прежде чем я смогла снова взглянуть ему в глаза, его холодная магия запульсировала по моему телу. Он молча открыл железную решётку и исчез в тени тюрьмы. Он ушёл.

Я прислонилась спиной к грубой стене, камни врезались мне в кожу через платье. Мои мышцы и кости всё ещё болели, но уже не так сильно, как раньше. Я соскользнула по камням, слегка поморщившись.