— Мы вкусили твою силу, — прорычал туман устами драугура, — и хотим видеть тебя в своих рядах. Мы оборвем твои нити и перекуем их по своей воле.

Геклу затошнило от одной мысли об этом. Пламя, покрывавшее тушу оленя-вампира, почти погасло. Щупальце тумана скользнуло по опаленной шерсти, прощупывая, выискивая путь, продвигаясь все дальше…

Внезапно крохотное, слабеющее пламя вспыхнуло с неистовой силой, взметнувшись так высоко и обдав таким жаром, что Геклу отбросило назад.

— Несущий Пепел, — прорычал телесный образ тумана.

Гекла в оцепенении наблюдала, как, врезаясь в Обращенных чудовищ, вперед ринулись воины. Ей понадобилось мгновение, чтобы понять: это остальная свита Эйвинда, те самые воины, которые должны были вывозить жителей Истре.

Внезапно сам Эйвинд оказался рядом с ней, его люди проносились за ее спиной и вступали в бой с мечами и щитами. Гекла закричала бы от радости из-за его своевременного появления, но увиденное лишило ее дара речи. Ореховые глаза отражали полыхающее перед ними пламя.

А из его ладоней струились потоки огня, заполняя все бреши в огненной тюрьме тумана.

ГЛАВА 21

Взгляд Геклы метнулся от пламени, льющегося из ладоней Эйвинда, к просветам в огненной стене, которые теперь были закрыты.

— Хаконссон, — пробормотала она, задыхаясь. — Ты… как ты…

Она не смогла закончить фразу. Эйвинд, гребаный Хаконссон, был одним из Гальдра. Никогда прежде Гекла не видела, как кто-то управляет магией, и на мгновение все, что она могла — это смотреть в изумлении. Так вот откуда Эйвинд и Рей знали друг друга? У них что, было какое-то тайное братство Гальдра?

Мысли Геклы шли кругом, но времени на то, чтобы сложить детали воедино не было. Помощь пришла тогда, когда была нужнее всего, и она примет ее в любом виде. Гекла вонзила когти в горло Обращенного гримвольфа, который бросился к Эйвинду со спины. Дернула вниз и с грохотом повалила на землю. Затем развернулась и со всей силы опустила длинный меч, отсекая твари голову.

— Убейте Несущего Пепел! — взвыл драугур нечеловеческим голосом тумана.

Гекла почувствовала, как внимание существ переключилось на Эйвинда, и внутри пробудился, глубокий, тлеющий в самом нутре, гнев.

— Только через мой труп. — Гекла вскинула меч и встала спиной к спине с Эйвиндом. Жар, исходивший от него, делал воздух почти невыносимо горячим, и на ее лбу выступил пот, скользнувший по виску.

— Какая заботливая Рысь, — отозвался Эйвинд, с улыбкой в голосе.

— Береги силы, Лис! — рявкнула она, борясь с желанием закатить глаза, потому что, конечно же, этот мужчина будет поддразнивать ее, когда они стоят в одном ударе сердца от смерти.

Когда вперед рванул Обращенный медведь, Гекла приготовилась принять удар. Она должна защитить Эйвинда. Нельзя позволить нежити сбить его сосредоточенность.

— Помост, Эйвинд. Ты можешь поджечь помост?

Но Эйвинд лишь хмыкнул, и когда Гекла слегка повернула голову, она увидела две новые бреши в стене. Еще больше тварей легли в огонь. Из ладоней Эйвинда вырвались две струи пламени, и он быстро закрыл свежие разрывы. Казалось, удержание тумана в кольце на площади Истре требовало всех его сил и сосредоточенности. А значит, Сигрун нужно было поджечь этот проклятый богами помост, и сделать это нужно немедленно.

Гекла не могла рискнуть и проверить, как там Сигрун. Поток Обращенных существ казался бесконечным, и на месте каждого поверженного врага появлялись двое новых. Она вонзила меч в шею оленя-вампира. Быстрым ударом ноги в грудь твари высвободила клинок и рубила, пока голова не отделилась от тела. Краем глаза Гекла увидела, что люди Эйвинда прижали большую группу тварей к длинному дому, но мужской крик с той стороны подсказал, что их ряды дрогнули.

Наконец в натиске наступил короткий перерыв. Сигрун уже наложила стрелу на тетиву и целилась в помост, но гримвольф вцепился ей в лодыжку. Она покачнулась и рухнула с бочки. Когда гримвольф прыгнул на нее, Гекла открыла было рот, чтобы закричать, но тут же осеклась. На зверя в прыжке обрушился Гуннар.

Лесной ходок, слева от Геклы, двинулся вперед, и на миг она оцепенела. Кожа существа была грубой, похожей на кору, руки походили на ветви. Он ударил трехпалой когтистой рукой с такой нечеловеческой скоростью, что Гекла едва успела пригнуться.

— Помост! — крикнула она Эйвинду. — Сожги помост! — Гекла нанесла низкий удар ногой, и сапог встретился с твердой древесиной. Лесной ходок даже не шелохнулся. Как ей отрубить ему голову?

Лесной ходок снова замахнулся, и на этот раз Гекла на мгновение опоздала. Плечо пронзила боль, заставив ее отшатнуться назад. Тварь ринулась следом. Из горла Геклы вырвался крик, когда когти разодрали штаны и впились в плоть бедра.