Ранее она устроила целое представление, выезжая из Истре на своем новом мерине, купленном у кузнеца за большее количество соласов, чем ей хотелось бы признавать. Она чувствовала взгляды людей Эйвинда с крепостных стен и втайне улыбалась. Транд Длинный Меч и остальные даже не подозревали, что Гекла свернула с дороги, как только скрылась из виду.

И вот спустя несколько минут она стояла на речном берегу чуть выше по течению от водостока Истре. Глубоко вздохнув, Гекла нырнула в ледяную воду. К счастью, шок от холода вскоре прошел, и она мысленно поблагодарила богов за особый легкий металл, из которого была сделана ее правая рука. Любая из старых моделей была бы громоздкой и опасной в такой воде. Набрав полную грудь воздуха, Гекла позволила течению нести ее к водостоку.

Вблизи каменная кладка выглядела еще более впечатляюще. Каменные стены поднимались по обе стороны реки, направляя поток в узкий круглый проход. Когда реку отвело в водный канал, а небо над головой поглотил камень, Гекла попыталась успокоить пульс. Гуннар доложил, что дальний конец туннеля перегорожен железными прутьями, и если все пошло по плану, он уже перепилил их специальной пилой.

Гекла глубоко вздохнула и ушла под воду. Течение швырнуло ее на решетку, сила воды прижала к прутьям. С огромным трудом она ощупала их в поисках прорезанного места. Что, если Гуннара задержали? Если он не смог перепилить прутья? Сердце забилось чаще, когда легкие начали гореть.

Но тут она нащупала острый край свежеспиленного железа и беззвучно поблагодарила богов. Гекла протиснулась в лазейку, мысленно выругавшись, когда верхний прут полоснул по ушибленному плечу. Теперь легкие жгло по-настоящему, но спустя мгновение речное течение вынесло ее за пределы водостока.

Как только голова Геклы показалась над поверхностью воды, она жадно глотнула воздуха и поплыла к берегу. Она уже видела пеньковый мешок, висящий на чахлом кусте. Внутри Гуннар должен был оставить сухой лен и чистую одежду.

Пробравшись через ивы и выбравшись на берег, Гекла, не тратя времени на то, чтобы отдышаться, скинула мокрую одежду. Вскоре она уже была одета и низко надвинула капюшон плаща на лоб.

Она снова бросила взгляд на солнце, которое все ближе клонилось к горизонту.

— Мы идем по плану, — сказала она себе, прокладывая путь через кусты. — Гуннар и Сигрун добудут припасы.

Гекла пробиралась через поселение по задворкам, готовясь отмечать каждую повозку и лошадь, встречавшуюся на пути. Но вскоре сжала губы в недовольной гримасе. Повозки мельника не было на ее обычном месте за домом. Не было и телеги, на которой оружейник возил выплавленную руду. И лошадь сокольничего не паслась во дворе.

Странно, — подумала она, продолжая путь.

Впереди показалась городская площадь Истре, и Гекла остановилась. Вдалеке Конал и Лофтур наблюдали за установкой столба, на вершине которого развевалось знамя с изображением солнечных лучей. Как долго Лофтур будет продолжать этот фарс? Гекла тряхнула головой и пошла дальше.

Возвращаться во двор за «Голодным Клинком» так скоро после отъезда было рискованно. Но Гуннар подслушал, что почти пустые конюшни предложили тем, кто будет привозить к пиру груженые повозки. Вскоре в поле зрения появилась остроконечная крыша конюшен, и немного погодя Гекла уже притаилась в тени пустого стойла. Она вглядывалась сквозь щели в досках, считая повозки, припаркованные у края строения. Со двора донеслись голоса.

— Это все, что у вас есть?

Мурашки, которые пробегали по коже раньше, вернулись, стоило ей узнать голос Эйвинда.

— Да, — осторожно ответила женщина. — Мне придется дождаться ночи, чтобы рискнуть забрать остальных…

Это была Халльдора. Гекла сменила позицию, чтобы лучше видеть двор, как раз вовремя, чтобы заметить, как Халльдора передает Эйвинду поводья лошади. Когда он повел ее к коновязи, показались туго набитые седельные сумки. Взгляд Геклы перескочил к трем другим лошадям, уже привязанным к столбу, и она прокляла Эйвинда Хаконссона за то, что он перехватил ее припасы.

Мысли Геклы лихорадочно закрутились. Она планировала использовать двор постоялого двора для хранения провизии, но теперь Эйвинд сделал это невозможным. Может, подойдет двор рядом с кузницей, опустевший после того, как семья сбежала из Истре? Но сначала ей придется выманить Эйвинда со двора трактира, чтобы украсть лошадей и повозки…

— Ну? — В голосе Эйвинда послышалась непривычная резкость, заставившая Геклу снова прижаться лицом к щелям между досками. Она скривила губы, когда во двор небрежной походкой вошел Транд Длинный Меч.

— Она исчезла, — сказал Транд, почесывая свои коротко стриженные кудри.

На лице Эйвинда промелькнуло нечто, подозрительно похожее на тревогу.

— Вилки говорит, что она так и не проехала мимо заставы.