Рядом с игрушкой она обнаружила нечто совсем неожиданное, поразительно свежую оленью ногу.

— Кто-то приходит вас кормить, — прошептала Гекла. Она заметила скомканные одеяла. Груду одежды. — Кто-то о вас заботится. — В голове бешено закружились мысли. Кто раз за разом твердил ей, что люди исчезли бесследно? Кто запрещал ей посещать эту ферму? Это мог быть только один человек. — Это дело рук Лофтура.

Гекла знала, что вождь Истре что-то скрывает, но масштаб его обмана поверг ее в ужас. Зачем это Лофтуру? Почему он утаил это от нее? Грудь Геклы сдавило, когда в памяти всплыли его слова:

«Когда Суннвальд обретет былую силу, Он изгонит туман и исцелит наш народ и наши земли».

Неужели этот человек всерьез думает, что боги спасут этих людей? Что пир в их честь излечит мертвецов?

Боги, ей совсем не хотелось жалеть Лофтура, этого Бараньеголового Болвана, но Гекле пришлось признать: окажись она на его месте, будь это ее близкие Обращены в нежить, возможно, отчаяние заставило бы ее попробовать нечто подобное.

Взгляд Геклы скользил от одного драугура к другому. Свет факела вспыхивал на длинных когтистых пальцах, пока одна тварь скребла по цепям, пытаясь добраться до нее. Возле оленьей туши один драугур, бывший при жизни ребенком, набросился на другого, и они покатились по земле, сплетясь цепями и острыми зубами.

— Вас уже нет, — пробормотала Гекла, чувствуя прилив печали. — Отсюда нет возврата.

Топор тяжело лежал в руке, и ей хотелось даровать драугурам покой окончательной смерти. Но само их существование было доказательством, которое требовалось, чтобы убедить Эйвинда: вождь Истре не в своем уме…

Лязг цепей внезапно оборвался. Все драугуры замерли, точно каменные изваяния. Красные глаза бессмысленно уставились в пустоту, и по спине Геклы пробежал холодок тревоги.

Голова ближайшего мертвеца дернулась в сторону, а затем снова поднялась. И когда Гекла вгляделась в его светящиеся красные глаза, у нее возникло отчетливое ощущение, что на нее смотрит какая-то иная сущность. Мертвец склонил голову, изучая ее с пугающей пристальностью.

— Ты не Лофтур, — его голос был хриплым и скрежещущим, будто в горле застрял гравий. Красные глаза обшаривали Геклу быстрыми, дергаными движениями. — И все же ты знакома нам. Подойди ближе, чтобы мы могли почуять твой запах.

— Это вряд ли. — Гекла смотрела на драугура, пытаясь осознать происходящее. — Кто ты?

Ноздри мертвеца раздулись.

— От тебя пахнет ее волком.

Подбородок драугура опустился, он глянул на Геклу из-под густых бровей.

— Мы пробовали тебя на вкус. В тебе великая сила, ты была бы полезна нашему делу. — Воздух завибрировал от низкого шипения. — Подойди ближе, и мы закончим начатое.

Получив подтверждение, что она действительно говорит с тем, что виновно во всех этих бедах, Гекла попыталась улыбнуться, но вышло плохо.

— К твоему сожалению, Туман, ты прикован к стене.

— Мы заполучим тебя. Мы закончим начатое и подчиним твою волю нашей.

— Чего вы хотите? — потребовала Гекла. — Какова ваша цель?

— Цель? — Тварь, казалось, обдумывала ее вопрос. — Какое слово используете вы, смертные? — Туман, воплотившийся в драугуре склонил голову набок, и его голос стал глубже. — Пиршество. Мы будем пировать.

В животе Геклы разверзлась холодная яма, но времени на раздумья не было. Под ногами поднялся тихий ритмичный гул, и этот звук пробудил в ней воспоминания, засевшие глубоко в костях. Это был крик о помощи с осознанием, что никто не придет… это был медленный исход жизненных сил, когда густой белый туман клубился вокруг нее…

Алые глаза вспыхнули ярче.

— Вот так, смертная. Подойди ближе, и мы быстро завершим дело. Или можешь попытаться бежать. — Рот драугура растянулся в рваной улыбке. — Но уже слишком поздно.

Гекла развернулась и, спотыкаясь, выбежала из амбара. Критка прыгнул ей наперерез, широко распахнув глаза.

Защитница, возьми Критку! — взмолился бельчонок. Гекла нагнулась, позволяя грызуну взобраться по одежде и устроиться на плече. И побежала.

— Слишком поздно! — донесся голос драугура, его смех скрипел, как сухие кости.

Жуткое сердцебиение тумана уже участилось, земля под ногами содрогалась при каждом пульсирующем ударе. Гекла пронеслась мимо длинного дома, но черный силуэт лошади все еще был слишком далеко.

Защитница не успеет, — услышала Гекла в своей голове.

— Ты не можешь развеять его? — спросила она, думая о гримвольфе, который спас ее в прошлый раз.

Критка израсходовал всю нашу магию, чтобы привести тебя сюда. Защитница должна использовать огонь!