— Как бы то ни было, Мансель и Джулиус предали моего отца и встали на сторону Бри. Они забрали меня из места, где отец меня прятал, и привели к ней. Она продолжила пытки. Только мотивы у нее были другие. Отец хотел подчинения, а Бри жаждет союза.

— Союза? — Кэт в замешательстве нахмурилась. — Она хочет править всем Подземельем?

— Не совсем. Она хочет править всем Деврамом и предложила мне место подле нее.

В комнате воцарилась такая тяжелая тишина, что он снова взглянул на Кэт. Она смотрела на него, но в ее глазах был не столько шок, сколько работа мысли — она просчитывала логику.

— Это расчетливый ход, — наконец сказала она. — Но никто не примет Дитя Ночи как правителя Деврама. Наследие куда могущественнее.

— Она верит, что они сами уничтожат друг друга из-за Тессы. И, возможно, она права. Я вернулся совсем недавно, но мир снаружи натянут как струна. Хватит малейшего толчка. Война между королевствами станет концом всего.

— Тогда она будет править руинами.

— В каком-то смысле, — согласился он. — Но у нее свои планы. Пока внимание Лордов и Леди приковано к другому, она хочет захватить Подземелье. А когда Деврам падет, некому будет сопротивляться ее приходу.

— Имея все Подземелье за спиной, — понимающе кивнула Кэт.

Аксель подтвердил:

— Всех отверженных и забытых. Всех, кто был изгнан по какой-либо причине.

— И она хочет видеть тебя рядом.

— Да, — выдохнул Аксель. Сглотнув ком в горле, он добавил: — Она… в итоге помогла мне найти тебя, но она верит, что я тебя убил.

Кэт отпрянула.

— С чего бы ей это было важно?

— Я думаю… она знала, — сказал он. — Думаю, она знала про связь близнецового пламени. Знала, кто мы такие.

— Откуда ей знать?

— Не думаю, что она из Деврама, — признался он. — Она одно из древнейших существ. Честно? Думаю, она здесь с самого основания мира.

Кэт недоверчиво вскинула брови.

— С сотворения мира?

— Знаю, звучит безумно, — сказал он. — Но то, как она говорит, и то, что она знает… — он пожал плечами. — Суть в том, что когда я… оставил тебя в прошлый раз, я вернулся к ней. Не к ней, — поспешно добавил он, заметив, как расширились глаза Кэт. — Но мне некуда было идти. Я больше не знаю, где мое место. Я стану одним из них, и это показалось… логичным. Когда я вернулся за тобой, я сказал ей, что мне нужно уладить кое-какие дела, прежде чем я окончательно присягну ей и ее Дому. Она не должна знать, что я вернулся, и уж точно не должна знать о тебе.

— И ты привез меня в Подземелье? Туда, где, если меня обнаружат, нас обоих убьют? — медленно спросила она. — Чем это безопаснее королевства Ариус?

— Для тебя — ничем, — признал Аксель. — Просто мне здесь проще достать кровь. И мне безопаснее находиться рядом с тобой именно в Подземелье.

Кэт кивнула, но ничего не ответила. Он дал ей время переварить услышанное, все еще поглаживая ее кожу. Выпустив свои тени, он гадал, сколько еще сможет с ними играть. Его дыхание перехватило, когда она позволила струйкам своего пламени сплестись с ними. Он наслаждался этим моментом, понимая, что через несколько дней это, скорее всего, исчезнет. Они больше никогда не почувствуют, как эти части их душ становятся единым целым. У них не будет того, что было предначертано судьбой.

Нахер Судьбы!

Наконец, спустя несколько минут, она заговорила:

— Я понимаю все, что ты мне сказал. Понимаю твои причины. Но, Аксель, я не могу сидеть в этом пентхаусе день за днем. Мне не нужна возможность выбираться из Подземелья. Мне нужно выходить из четырех стен. Мы оба сойдем с ума.

— Мне просто нужно еще немного времени, котенок, — сказал он. — Нужно обеспечить безопасность, и…

— Насколько я поняла, в Подземелье не существует такого понятия, как безопасность. Да и в Девраме тоже, — перебила Кэт.

Она была права, но это не значило, что он не будет пытаться.

— У меня все еще есть сила, — продолжала она. — И хотя у тебя может не остаться магии, в твоих жилах все равно будет течь кровь Ариусов. Ты будешь могущественен в другом, Аксель. Ты провел годы в Подземелье. Ты сам твердишь, что у тебя есть связи и ты знаешь ну.

— Это не то же самое, — он покачал головой. — Ты не понимаешь…

— Не смей так говорить, — огрызнулась она. — Я понимаю. Это ты не понимаешь! Ты считаешь, что определенные модели поведения вшиты в фейри, но Наследия такие же. Вам всем так внушили, как «должно быть», что вы не замечаете — все может быть иначе.

— Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать, Катя, — сказал он, снова встречаясь с ней взглядом.

В ее глазах было тепло, которого он не ожидал, и что-то еще, чему он не мог подобрать названия.

Какая-то непоколебимая вера в него?

Он не знал, потому что никто и никогда раньше так на него не смотрел.