— Во всем должен быть баланс. Начало и конец. Свет и тьма. Огонь и тени. Небо, море, миры. Жизни ничем не отличаются. Существа вышли из Хаоса, чтобы создать этот порядок, — напевала она, не сводя с него глаз. — Существа Хаоса. Их было много, но был один, который не был удовлетворен. Никогда не был удовлетворен.

— Акира…

Вспышка молнии вырвалась из ее ладони, врезавшись в щит из чистого света, но она услышала его приглушенное проклятие.

— Не прерывай мою сказку, — холодно сказала она. Откашлявшись, она продолжила. — Никогда не удовлетворенный и снедаемый жаждой мести, он творил ради мести. Но он нарушил баланс больше, чем Ариус. Больше, чем Серафина. Он привел свое творение к Источнику Хаоса и взял. Взял то, что ему не принадлежало, и создал нечто столь же сильное, как боги и Судьбы, драконы и серафимы.

Снова двигаясь вдоль перил, ведя по ним пальцами при каждом шаге, она произнесла:

— И тогда Хаос свел ее с ума. Хаос неуправляем, и она стала такой же. Но он пытался, не так ли? Пытался контролировать ее, не понимая, что создал силу, равную своей. Она не была богом и не была Судьбой. Она не была рождена Хаосом, но была создана из него. Он слишком поздно понял, что именно она станет той, кто разрушит все его Наследие.

Ахаз смотрел на нее, когда она, наконец, снова полностью повернулась к нему. Свет струился по ее рукам, а золотые и серебряные искры парили вокруг. Молнии сверкали в ее глазах, и небо откликалось им эхом.

Он был богом, но она была Яростью.

Неукротимый гнев, подпитываемый самим Хаосом.

А ее дочь?

Она была гораздо большим.

Она была дикостью и яростью. Светом и тьмой. Началом и концом.

Но если она сама была создана из мести и Хаоса, то ее дочь была создана из всего этого и многого другого. Ее дочь была создана из чего-то чистого и бескорыстного. Из принятия и понимания. Из чего-то безусловного и нерушимого. Из чего-то неизбежного и неуправляемого.

Если она найдет то же самое, она обретет покой. Она станет тем, для чего была создана.

Спасением и разрушением.

— Потребуется нечто большее, чем ты и ребенок, чтобы разрушить то, что я построил, — сказал Ахаз. Его сила мерцала в его глазах, но больше нигде. — И если ты продолжишь этот путь, это станет концом для всех вас. Отдай мне кольцо и позволь мне спасти ее. Ради тебя. Я приведу ее к тебе и…

Акира рассмеялась.

— Я не запру ее в клетке. А он придет за мной.

— Темураль не может прийти сюда.

Она провела кончиком пальца по черному камню в кольце.

— Он всегда за мной приходит.

— Не в этот раз, дочь. Я никогда этого не позволю.

— Тогда мне любопытно, — задумчиво произнесла она.

Когда она не продолжила, Ахаз процедил:

— Любопытно что?

— Существо Хаоса играет с вещами, с которыми не следует. Что ты будешь делать, когда Хаос воцарится?

Потому что он был богом, но она была Яростью.

А ее дочь?

Она была Хаосом.