Композитор Вага Эйрё объявил, что по приглашению Фонда Рокфеллера посетит Соединённые Штаты. 30 ноября он вылетит из аэропорта Ханэда в Нью-Йорк, где некоторое время будет жить. Пребывание господина Ваги в Америке продлится около трёх месяцев; за это время он представит свои произведения электронной музыки. Затем он намерен отправиться в Европу, чтобы ознакомиться с развитием электронной музыки. В конце апреля он планирует вернуться в Японию. Вскоре после этого господин Вага женится на своей невесте Тадокоро Сатико, дочери министра сельского хозяйства Тадокоро Сигэёси.

Иманиси дважды прочёл эту заметку.

Придя в штаб расследования в подавленном настроении, Иманиси застал там ожидавшего его Ёсимуру. — Вы сегодня необычно рано.

— Да, господин. — На лице Ёсимуры была написана усталость, и Иманиси понял, что расследование не принесло успеха.

— Значит, ничего не нашли?

— Ничего не удалось найти. — Ёсимура был удручён. — Начальник отдела оказал нам всю возможную поддержку, но…

— Сколько дней прошло с начала поисков?

— Почти неделя. Мы искали везде, где только могли.

— Понятно… — Иманиси положил руку на плечо молодого коллеги. — Спасибо за твои старания.

— Простите, что мы ничего не смогли найти.

— Не падайте духом. Продолжайте работать.

— Да.

— Вы столько сил отдали этому расследованию. Я уверен, что вы ничего не упустили. Должно быть, есть что-то, чего мы пока не замечаем, — слепое пятно.

— Иманиси-сан, от ваших слов мне стало легче. Как вы и говорите, тут и впрямь может быть слепое пятно.

— Верно, давайте ещё подумаем.

— Да, я подумаю. — Лицо Ёсимуры немного оживилось.

— Передайте моё почтение вашему начальнику отдела.

— Непременно.

Иманиси проводил молодого коллегу до входной двери штаба расследования. Он смотрел, как Ёсимура переходит ярко освещённый проспект.

В тот день Иманиси не поехал прямо домой, а сел в трамвай и отправился в театр «Авангард». Смеркалось, но в конторе ещё горел свет: трое служащих разбирали афиши и билеты. Один из них узнал Иманиси.

— Добро пожаловать. — Служащий провёл Иманиси в приёмную.

— Большое спасибо за вашу прежнюю помощь. — Иманиси снял плащ и сел.

— Вам удалось найти прежний адрес Нарусэ-сан? — спросил служащий, закуривая. По-видимому, он был рад передышке в работе.

— Боюсь, пока нам не удалось его установить. — Иманиси тоже закурил. — У вас здесь ничего не слышали?

— Ничего, — ответил тот. — Но я буду держать ухо востро.

Иманиси некоторое время беседовал со служащим. Он пришёл спросить о прежнем адресе Риэко, но счёл невежливым уйти сразу же.

— Почему полиция всё ещё разыскивает прежний адрес Нарусэ-сан? — с недоумением спросил служащий. В театре не имели ни малейшего представления о связи между Нарусэ Риэко и убийством в железнодорожном парке Камата.

— Мы лишь выясняем обстоятельства. — Иманиси уклонился от прямого ответа. — Нарусэ-сан покончила с собой, поэтому мы рассматриваем её смерть как неестественную, а не как обычную смерть от болезни. Вот почему нам нужно подробнее выяснить обстоятельства.

— А, вот оно что. — Служащий был впечатлён. — Если полиция так тщательно всё выясняет, то, выходит, нельзя легкомысленно кончать с собой, верно?

— Пожалуй, нельзя. — Пока они разговаривали, Иманиси услышал вдали крики. — Что это? — спросил он, прислушиваясь.

— А, это? Репетируют нашу следующую постановку.

— Вот как.

— Как насчёт того, чтобы взглянуть? Если у вас есть время.

Иманиси никогда не видел современной пьесы. Театр «Авангард», как и говорило его название, славился постановками самых передовых драм.

— Что ж, если я не помешаю, пожалуй, взгляну.

— Никаких помех. Это генеральная репетиция — почти то же самое, что обычный спектакль. Сядете там, и вас никто не заметит.

Служащий открыл дверь конторы и пошёл впереди Иманиси по коридору. У закрытой двери в его конце он тихо приоткрыл её, и Иманиси последовал за ним.

Внезапно до них донеслись голоса со сцены, где двигалось множество людей. Служащий указал Иманиси на стул у тёмной стены. В темноте сидели ещё четыре или пять человек и смотрели на сцену.

Декорации изображали часть фабрики; там собралось около двадцати человек в костюмах фабричных рабочих. Они окружили одного мужчину, также одетого рабочим, и спорили с ним.

Пока Иманиси смотрел, режиссёр, стоявший перед сценой, время от времени поправлял актёров. Иманиси не сводил глаз со сцены. Всё выглядело совсем как настоящий спектакль. На всех актёрах были рабочие костюмы. Иманиси подумал, что собрать столько костюмов, должно быть, нелегко. По мере развития действия глаза его заблестели. Вскоре он уже лишь следил взглядом за происходящим на сцене, а мысли его были далеко.

Он тихо ушёл и вернулся в контору, где трое служащих всё ещё готовили афиши к рассылке.

— Ну как? — спросил служащий, проводивший Иманиси в репетиционный зал.

— Очень интересно. — Иманиси улыбнулся.

— Рад, что вам понравилось. Если хотите, можете досмотреть до конца.

— Спасибо.