Вага и Сатико проводили их до входной двери.

Трое молодых людей ушли вместе.

— Вот уж собрание так собрание, — заметил Такэбэ.

— Да. Вага уже ведёт себя как зять, — сказал Катадзава.

Они взяли такси до Гиндзы.

— Я знаю тут неподалёку бар. Зайдём, выпьем ещё, — предложил Такэбэ. Катадзава согласился пойти с ним.

— А ты, Сэкигава?

— Нет, на этот раз увольте.

— Почему?

— Вспомнил об одном деле. Шофёр, высадите меня у Юракутё.

— Ну, пока. — Сэкигава вышел и помахал остальным. — Скоро увидимся.

— Сэкигава ведёт себя как-то странно, — сказал Катадзава Такэбэ. — С чего это он так поздно ночью вышел там один?

— Может быть, его немного расстроило то, что было сегодня вечером.

— Что ты хочешь сказать?

— Наверное, ему тяжело было видеть, как Вага держался сегодня вечером.

— Хм. — Катадзава понял, что имеет в виду друг. Поведение Ваги у Тадокоро угнетало их обоих.

— В последнее время он очень сблизился с Вагой. Да и сегодня был в хорошем настроении, без умолку говорил.

— Такова уж человеческая природа, — ответил Катадзава. — На таких сборищах слишком стараешься казаться весёлым, а потом становится одиноко.

— Что ж, тогда выпьем, — сказал Такэбэ. — Напьёмся.

Сэкигава шёл один. Казалось, ему некуда было идти. Отвернувшись от неоновых огней Гиндзы, Сэкигава медленно брёл по переулку, погружённый в мысли. Он вошёл в ярко освещённый зал патинко .

— На двести иен.

Он зачерпнул ладонями мелкие металлические шарики и встал перед игровым автоматом. Большим пальцем нажимал на рычаг, и шарики летели по его поверхности. Выиграет он или проиграет, его, казалось, нисколько не заботило. Он лишь продолжал нажимать на рычаг.

15. По следу

Иманиси получил письмо от начальника следственного отдела полицейского участка Исэ.

Настоящий доклад составлен в ответ на ваш запрос.

Мы немедленно отправились опросить Тадокоро Итиносукэ, управляющего театром «Асахи». Тадокоро-сан заявил, что не знает никакого Мики Кэнъити и не встречался с ним в указанный вами период. Это подтверждает то, о чём мы сообщали в ответ на ваш предыдущий запрос.

Тадокоро-сан родом из той же деревни, что и Тадокоро Сигэёси, недавно назначенный министром сельского и лесного хозяйства. Тадокоро-сан питает к Тадокоро Сигэёси глубочайшее почтение. Всякий раз приезжая в Токио, он заходит в дом Тадокоро Сигэёси, чтобы засвидетельствовать своё уважение и передать кое-какие местные гостинцы. Он также упомянул, что многим обязан Тадокоро Сигэёси.

Тадокоро-сан хранит у себя дома множество писем, каллиграфических работ, фотографий и прочих вещей, полученных от Тадокоро Сигэёси. Более того, в знак уважения к Тадокоро Сигэёси он время от времени выставлял в театре «Асахи» памятные фотографии, на которых был снят вместе с Тадокоро Сигэёси. Когда мы спросили о 9 мая, он сообщил, что в то время на стене коридора, ведущего в зрительный зал его театра, висело увеличенное фото семьи Тадокоро Сигэёси. В конце мая фотографию сняли, и теперь она находится дома у Тадокоро-сан.

Я взял оригинал фотографии у Тадокоро-сан и отправляю его отдельным отправлением. Прошу вернуть фотографию, когда она вам больше не понадобится. Я выдал расписку от собственного имени и прошу обращаться с фотографией с величайшей осторожностью, чтобы не потерять её.

Не терпясь увидеть фотографию, на следующее утро Иманиси вышел из дому пораньше и к девяти часам прибыл в штаб расследования. Пока туда пришли лишь двое молодых детективов.

— Почта пришла? — сразу спросил Иманиси.

— Нет, господин, ещё нет.

Иманиси не находил себе места. Никогда ещё он так не хотел, чтобы нового дела не возникло. Случись убийство — пришлось бы немедленно выезжать.

Незадолго до десяти пришёл начальник отдела.

— Иманиси! — позвал он из-за своего стола.

Иманиси вздрогнул. Но, поговорив с начальником, с облегчением узнал, что покидать управление ему не придётся. Вернувшись к своему столу, он увидел, что почту уже разнесли, однако для него ничего не было.

— Эй, разве мне ничего не принесли? — спросил он молодого оперативника, разносившего почту.

— Нет, господин, ничего не было.

— Когда будет следующая доставка?

— Обычно около трёх.

Иманиси отхлёбывал чай, который подал ему младший детектив. Он едва мог дождаться следующей почты. Долгие часы медленно тянулись до полудня, а он сидел за столом, заполняя отчёты. То и дело поглядывал на часы. Один из молодых детективов забрал почту у стойки приёмной. В четверть четвёртого он вошёл в дверь, размахивая манильским конвертом.

— Наконец-то пришло. — Иманиси вскочил со стула.