Важнейшей нитью по-прежнему оставался город Исэ. Иманиси решил навести справки: не знал ли Мики кто-нибудь из служащих кинотеатра. Он также хотел узнать, не уволился ли кто-нибудь из служащих после посещения Мики, и запросить сведения о прошлом самого управляющего. Быть может, Мики ходил к нему. Он направил запрос в следственный отдел полицейского участка Исэ.

Иманиси с нетерпением ждал ответа, и тот пришёл четыре дня спустя.

В ответ на ваш запрос сообщаем следующее.

Кинотеатр, о котором вы запрашивали, называется «Асахи». Его владелец — Тадокоро Итиносукэ, 49 лет. Мы попросили Тадокоро-сан расспросить своих служащих, однако никто из них не встречался и не разговаривал с интересующим вас лицом. В указанный вами день в кинотеатре демонстрировались два упомянутых вами фильма, анонсы фильмов следующей недели и рекламный ролик к фильму « Путь века». Других короткометражных или рекламных фильмов не показывали. Тадокоро-сан сказал, что не помнит, встречался ли в тот день с Мики-сан .

Тадокоро-сан уже давно живёт в городе Исэ. Он выбился в люди, начав с работы служащим в кинотеатре. Родился в деревне xx близ города Нихоммацу, в префектуре Фукусима. Покинув дом в молодости, он поселился в нашем городе и с тех пор живёт здесь. У него сын и дочь.

По-видимому, Мики дважды приходил в кинотеатр не для встречи с кем-либо. Значит, причина всё-таки крылась в этих четырёх фильмах? Не может быть. Но Мики непременно что-то увидел. Иначе незачем было бы приходить туда дважды, менять свои планы и ехать в Токио. Что же поманило его в Токио?

Иманиси беспокоил и дом, куда заходили бродячие торговцы. Он думал, не съездить ли туда самому и не проверить всё на месте. Двум торговцам стало дурно уже в прихожей. Однако с полицейским ничего не случилось. Иманиси видел в своей поездке опасность: его лицо могли запомнить. Пока что он не хотел показываться на глаза — ни сам, ни Ёсимура.

Мысли Иманиси путались. Рабочий день уже подходил к концу. Он прибрал на столе.

Когда он вышел на улицу, уже стемнело. Ярко светили огни трамваев и фары автомобилей. Навстречу ему шли несколько тёмных силуэтов.

— Эй! — окликнул кто-то. Это были сотрудники отдела охраны.

Иманиси узнал их. — Спасибо за службу, — сказал он. — Нелегко вам приходится изо дня в день.

— Осталось всего два-три дня. — Один из них улыбнулся.

В Токио происходила политическая перестановка. Кабинет подал в отставку в полном составе, и вскоре должен был быть сформирован новый. Сотрудников отдела охраны направили охранять резиденцию премьер-министра.

На следующее утро Иманиси читал газету в постели. На первой полосе был напечатан состав нового кабинета. Газеты уже некоторое время были полны этой новостью, однако новый кабинет утвердили лишь поздно вечером накануне. Иманиси выделил одно имя, набранное крупным шрифтом: «Министр сельского и лесного хозяйства: Тадокоро Сигэёси (представитель префектуры Фукусима, шестой срок; 61 год)».

Только теперь Иманиси узнал, что избирательный округ Тадокоро Сигэёси находится в префектуре Фукусима. Он продолжал смотреть на газетную строку.

— Милый! — донёсся из-за раздвижных дверей голос Ёсико. — Тебе пора вставать.

Иманиси отложил газету. Будет ли сформирован новый кабинет или власть перейдёт к оппозиции — таких мелких чиновников, как Иманиси, это не касалось. Он встал и умылся. Чистя зубы, он чувствовал запах мисо-супа и зелёного лука.

За завтраком Ёсико что-то говорила ему, но он даже не отвечал. Он мрачно молчал, не слушал её, а только ел. И бормотал про себя… Значит, Тадокоро Сигэёси родом из префектуры Фукусима.

— Префектура Фукусима… Постой-ка. — Иманиси склонил голову набок. Это название казалось ему знакомым.

— Ты что, шею отлежал? — спросила Ёсико, заметив, как он склонил голову.

Иманиси молчал.

— А, вот оно что. — Он поставил чашку. Владелец того кинотеатра в Исэ тоже был родом из префектуры Фукусима.

Дом нового министра сельского и лесного хозяйства стоял на возвышенности в районе Адзабу. Вечером Тадокоро Сигэёси, всё ещё в визитке, вернувшись с церемонии присяги кабинета, принимал поздравления семьи и сторонников. У него была внушительная седая шевелюра и прямая осанка. Его здоровое лицо всё время улыбалось. Он уже второй раз становился министром, но, казалось, всё ещё радовался этому событию.

Из-за множества поздравлявших ему удалось отдохнуть лишь около девяти часов. Он перешёл к обеденному столу, где жена накрыла праздничный ужин. Ближайшее окружение собралось поднять тост за это событие.

Тадокоро Сатико помогала матери, но, когда приехал Вага Эйрё, всё её внимание обратилось к нему.

— Поздравляю, — сказал Вага, поклонившись будущему тестю.

— Спасибо. — Тадокоро довольно прищурился. — Прошу всех садиться.