– Ну даже, наверное, ещё пятьдесят к этому будет. Всё из-за той стены, – солдат показал на широкий провал, – Эту стену придётся почти полностью разобрать и сложить заново, укрепив фундамент. И только после этого можно поднимать лестницу в донжоне, потому что обвал повредил внутреннюю перегородку. Она упала на стенку башни внутри. В итоге она через время просто покосится и пойдут трещины. Без нормальной стены, которая её сначала подопрёт перед тем, как делать ремонт – ничего не выйдет. Ну а потом – всё остальное…

– Откуда знаешь? – пытливо посмотрел на солдата Свят, – Ты же из семьи лесорубов? Сам говорил.

– Но служил-то я поначалу в инженерной роте. Два года на ремонте и стройках в Эстере и ещё в Сен-Дейнице. Это как раз центр соседнего с нами Грюнхарта, – пожал плечами молодой солдат.

Я переглянулся с капитаном:

– А ещё что скажешь?

– Тяжело будет затащить сюда некоторые материалы. Дорогу не обновляли годами. Для начала надо согнать сюда мужиков, чтобы они расчистили путь и убрали обвалы, иначе телеги не проедут. А подвалы прожигать надо будет несколько раз.

Смышлёный. Как минимум: неглупый и держит себя нормально. Я даже порадовался, что Гумбольдт дал мне в проводники именно Ллейка. С другой стороны то, что молодой солдат держится именно рядом со старым служакой, который всё ещё несёт службу в отличие от тех трёх пьянчуг под воротами – тоже говорит о многом.

– Поедешь со мной в Эстер, – решил я, – Нужно будет вызвать имперского оценщика. Послушаешь – о чём я с ним буду говорить. Если он будет работать в крепости – ни на шаг от него не отойдёшь и всё мне потом доложишь, если увидишь, что он где-то нас обсчитывает.

– Да я же не купец какой-то, господин, – испугался солдат, – Я торговаться не очень умею или спорить.

– Хельмут умеет и будет с тобой рядом, – показал я на своего подчинённого, который перевозил до этого мою казну.

Тот стоял во дворе, закинув арбалет на плечо и задрав голову, смотрел на горы. Арбалетный болт он уже снял, и механизм отпустил.

– В любом случае последнее слово за мной. Смету оценщик будет показывать мне. Но я хочу всё знать до того, как он подсунет мне бумаги. Понятно?

– Да, милорд, – быстро закивал Ллейк.

– Господин барон! – вдруг раздался голос Хельмута, – Там человек на скале!

Воин указал на гряду, возвышающуюся метрах в пятистах от крепости. Маленькая фигурка стояла на вершине не скрываясь. Человек явно наблюдал за крепостью.

– Горцы, – коротко бросил Свят, – Вынюхивают: что здесь происходит.

Я всмотрелся в небольшую точку на горе. Дозорный постоял несколько секунд и исчез. Если раньше они видели в крепости караул из нескольких человек, то сегодня тут целое представление во главе с рыцарем. Сегодня же они будут знать, что кто-то прибыл в Вальденбург, если только у них нет соглядатаев в долине. Ведь кто-то вполне себе может поддерживать контакты с горцами. Если уж сержант местного гарнизона якшается с разбойниками, то почему бы, например, крестьянам не вести дела с племенами?

Я нахмурился и принялся спускаться во двор. По пути я тихо сказал Святу так, чтобы моих слов не уловил даже Хенрик:

– Завтра же едем в Эстер. Нам нужно будет ещё пять человек в охрану помимо нас – повезём часть казны. Пусть Хельмут сделает всё так, чтобы никто не понял, что мы везём деньги на размен. Эх, жаль дорога была до этого не мимо Эстера, сразу бы привезли часть казны серебром…

Дорогие читатели! Я не мастер редакторов карт. Однако это черновой вариант, чтобы было понятно – где, что и как находится. Уже работаю над красивыми антуражными вариантами! Как только будут готовы – выложу и их.

Юго-восток графства Эстермарк и границы с Литторией. Соответственно, чёрный пунктир – границы баронств. Бо́льшая часть границ между Грюнхартом и Вальденбургом лежат по реке Эст-Дол.

Более приближённая карта Вальденбурга. Более тёмный зелёный цвет – леса.

Глава 5. Где наш барон мечтает о налогообложении

Сержант Вормайер оказался сухощавым, гладковыбритым высоким человеком. Моё воображение рисовало растолстевшего и зажиревшего на халяве и вседозволенности человека, однако этот персонаж смог меня удивить. Одетый в короткие шоссы, добротные охотничьи сапоги и яркую стёганку, выглядывающую из-под начищенной кирасы, он стоял передо мной навытяжку. В его взгляде я читал одновременно и опаску, и уверенность, что я – всего лишь очередной молодой барчук, который всё время проваландался в походах, трактирах и постелях обозных и трактирных девок, а теперь меня легко будет обвести вокруг пальца в плане ведения хозяйства. Мол, поворчу, пошумлю и уеду из этого богом забытого края.

До него уже дошли слухи, что Беккета били палками в «Вороньем когте», а со мной приехала какая-то разномастная компания. Уже немолодой для воина капитан, говоривший периодически на странном языке, которым пользуются где-то далеко на северо-востоке. Оруженосец, больше похожий на человека-медведя, которого с трудом запихнули в доспех. Два ландскнехта-доппельзольднера, что одним своим видом внушали трепет. Хельмут, отвечающий за охрану казны и снабжение. И ещё семь человек бывалых солдат, некоторые из которых тоже были отобраны Святом не просто так.