Конечно, он на самом деле не твой отец. Твой отец похоронен в земле, потому что он не любил никого из нас настолько, чтобы перестать вкалывать наркотики в свои вены. Ты, вероятно, когда–нибудь узнаешь всё это. И я не знаю, что сделает Джереми, когда узнает правду. Я даже не знаю, будет ли он всё ещё любить тебя.

– Хорошо, – говорит Тедди, слегка успокоенный.

Он возвращается к игре с машинкой. Дети такие жизнестойкие. Ему будет трудно, но он должен узнать правду, и он оправится от всего этого. Мы с Тедди будем в порядке. Я имею в виду, мы с Домиником будем в порядке.

Нет, подожди, я не могу отнять у него имя. Или могу?

– Тедди. – Я говорю сквозь комок в горле. – Можно тебя обнять?

– Хорошо, – соглашается он.

Я обхватываю руками его худые плечи. Его маленькое тело кажется таким хрупким, когда он обнимает меня в ответ. Я не была хорошей матерью для него шесть лет назад. Я не защитила его от чудовища, которое украло его у меня.

Я должна исправить это.

После того как я ухожу от Тедди, я спускаюсь вниз и нахожу Джереми в гостиной, разговаривающего по телефону. Судя по тону его голоса и тому, что он расхаживает взад–вперёд по ковру, разговор напряжённый. Как раз когда я вхожу в гостиную, он заканчивает звонок и засовывает телефон в карман.

– Временный судебный запрет в силе, – говорит он мне. – Наоми не сможет подобраться к Тедди. Слава богу.

Его слова должны были успокоить меня, но они не успокаивают. Временный судебный запрет – это просто юридический документ. А Наоми показала полное пренебрежение к закону.

– Разве она не в тюрьме? – спрашиваю я.

Он морщится.

– К сожалению, нет. Этот её адвокат – Флетчер – вытащил её.

Я видела адвоката Наоми один раз в здании муниципалитета перед сессией медиации. Он казался довольно приятным парнем, и я уверена, что он понятия не имеет, какая Наоми на самом деле. Он, вероятно, думает, что поступает правильно.

– Хардвик считает, что после всего, что она сделала, я получу полную опеку, а ей останутся только права на посещение, – говорит он. – Честно говоря, я даже не чувствую себя комфортно, позволяя ей это. Но она его мать…

Нет, не она. Тедди не её сын. Она украла его у меня. Я искала его шесть лет.

Я больше не могу скрывать это от него. Джереми должен знать правду о Тедди. Это уничтожит его, но это не тот секрет, который я могу хранить. Правда должна выйти наружу, чтобы Наоми понесла наказание за то, что сделала.

– О, кстати, – говорит Джереми. – Слушай, Ронни, я знаю, что время ужасное, но завтра мне нужно лететь в Бостон на важную деловую встречу во вторник утром. Я пытался отмазаться, но не могу. – Он поднимает брови на меня. – Есть шанс, что ты сможешь остаться с Тедди на ночь, пока меня нет? Я вернусь ко вторнику к ужину.

Я выдыхаю с облегчением. Командировка Джереми почти как отсрочка. Я могу отложить рассказ правды до его возвращения и провести весь этот восхитительный день, узнавая своего сына лучше. Во вторник вечером мы сможем долго поговорить обо всём и решить, что делать дальше.

– Конечно, с радостью.

– Спасибо. – Он пересекает комнату, чтобы обнять меня, и целует меня в нос. – Я знаю, что ты защитишь его ценой своей жизни.

– Я не позволю, чтобы с ним что–то случилось, – обещаю я.

Я умру, прежде чем позволю чему–то случиться с Тедди.

И через две ночи я расскажу Джереми всё.

Часть 4. Глава 63. Наоми

Что ж, теперь я выгляжу как злодейка.

Но я не злодейка. Правда, нет. Если бы кто–то услышал всю историю, он бы понял, что всё, что я сделала, я сделала ради Тедди. Моего сына.

Да, я украла ребёнка Вероники. Хотя, справедливости ради, я не знала, что это был её ребёнок.

В первый раз, когда я увидела Тедди, он был в машине. Я поехала навестить свою мать в Сент–Луис и остановилась на придорожной стоянке, чтобы заправиться. Я увидела ту старую помятую машину у заправки и подумала, что она, возможно, сломалась. Я остановилась, чтобы предложить помощь, потому что я такой добрый человек.

Мужчина лежал без сознания на водительском сиденье. А рядом с ним на пассажирском сиденье лежала куча каких–то наркотических принадлежностей. Не то чтобы я знала о таких вещах, потому что я не употребляю наркотики. Но этот мужчина, очевидно, употреблял.

Я почти прошла мимо, но затем услышала, как плачет ребёнок.

Я подошла ближе и обнаружила, что на заднем сиденье в автокресле пристёгнут младенец. Крошечное создание, вероятно, всего нескольких недель от роду. И новорождённый кричал во всю глотку, его крошечное лицо было багровым, а тело сотрясалось от яростных криков.