Я не была матерью. Я всегда хотела ею стать, но несколько лет назад мне поставили диагноз – тяжёлый эндометриоз. Именно поэтому мои менструальные циклы всегда были такими болезненными. Я носила с собой кристаллы плодородия – лунный камень и авантюрин – больше года, пытаясь забеременеть с помощью донорской спермы, но, как ни странно, ничего не произошло. Врач в конце концов сказал мне, что без операции я вряд ли когда–нибудь смогу зачать. И даже с операцией мои шансы были низкими.

Поэтому меня потрясла волна материнской любви к этому беспомощному маленькому младенцу. Это казалось… судьбой.

Я попробовала открыть дверцу машины, и, к моему удивлению, она была не заперта. Я открыла дверь и отстегнула крошечного младенца из автокресла. Крики мгновенно стихли. Я сунула указательный палец ему в рот, и он начал довольно сосать. Через несколько секунд он, вероятно, понял бы, что из моего пальца молока не получить, и плач возобновился бы.

Мне нужно было накормить этого ребёнка.

Я приняла мгновенное решение. Этот ребёнок был в опасности. Я не могла просто оставить его с этим обдолбанным наркоманом. Я должна была спасти его.

Мужчина спереди был слишком не в себе, чтобы заметить, как я освобождаю автокресло с заднего сиденья. Я взяла и ребёнка, и кресло, а затем переместила их в багажник своей машины. Затем я снова выехала на дорогу и ехала до дома моей матери.

Достаточно сказать, что моя мать была удивлена, когда я появилась у неё дома с новорождённым. Я сказала ей, что скрывала беременность, но не уверена, поверила ли она мне, поскольку я совсем не выглядела так, будто только что родила, и моя грудь не вырабатывала молока. И она, должно быть, особенно заподозрила неладное, когда я рассказала ей, что мне нужна её помощь, чтобы получить свидетельство о рождении. Но она пошла и купила смесь, а также достала из кладовки мою старую колыбельку.

– Теперь, что касается свидетельства о рождении, – сказала она мне. – Кого ты хочешь указать в качестве отца?

– Отца нет.

– Конечно, есть отец. Ты что, не знаешь основ биологии, Наоми?

Отцом был наркоман, которого я нашла без сознания в машине. Насколько я знала, он мог быть мёртв. Я обыскивала интернет в поисках новостей о пропавшем ребёнке, но ничего не было. Похоже, никому даже не было дела до того, что его забрали.

– Отец не участвует, – сказала я ей.

– Ну, кто же это?

Мне нужно было придумать имя. Поэтому я вспомнила о единственном парне, с которым встречалась за последний год и которого моя мать, казалось, одобряла.

– Его зовут Джереми Рот, – сказала я. – Ты знаешь, инвестиционный банкир.

Моя мать посмотрела на меня с новым уважением. – О. Ну, почему бы тебе не рассказать ему об этом?

Мы с Джереми встречались несколько месяцев, что, вероятно, было даже дольше, чем следовало. Он был достаточно вежлив, когда закончил отношения, но он мог найти себе кого–то получше, чем женщина под сорок, живущая от зарплаты до зарплаты, и он это знал.

В любом случае, я не могла рассказать ему о ребёнке, потому что он на самом деле не был его, а первое, что сделал бы такой мужчина, как Джереми, – потребовал бы тест на отцовство. Мы ни разу не занимались незащищённым сексом. Он был очень осторожен.

– Не будь дурой, – отчитала меня мать. – Этот мужчина может дать этому ребёнку прекрасную жизнь. Разве ты не хочешь этого для своего сына?

Я хотела этого.

Мы назвали малыша Теодором, в честь моего биологического отца. И в итоге я позволила матери вписать имя Джереми в свидетельство о рождении. Но решение подойти к нему я приняла только когда вернулась в город.

Глава 64

Джереми слегка запаниковал, когда я появилась у его многоквартирного дома с младенцем на руках. Он был одет в дизайнерский костюм и внушительный галстук, явно собираясь на работу, и он выглядел шокированным, увидев меня и ребёнка. Он сделал несколько звонков, чтобы перенести утренние встречи, а затем быстро проводил меня обратно в свою квартиру, чтобы поговорить наедине.

– Мы пользовались презервативом, – настаивал он. – Всегда.

– Они не дают стопроцентной гарантии, – напомнила я ему.

– Я знаю, но… – Он теребил галстук, его глаза метались. – Почему ты не сказала мне раньше?

– Я не хотела тебя беспокоить, – сказала я. – Я даже не была уверена, что оставлю его. Но теперь я знаю, что этому ребёнку нужен отец. – Я поправила хватку Тедди, чтобы Джереми мог лучше разглядеть его. Крошечный малыш начал цепляться за меня, когда я держала его – мне нравилось, как он безоговорочно доверял мне. – Он похож на тебя, правда?

Тедди действительно немного походил на Джереми. Это было счастливое совпадение. Но Джереми, казалось, не хотел смотреть. Он смотрел куда угодно, только не на малыша.

– Наоми, – простонал он. – Я бы очень хотел, чтобы ты… В общем, слушай, нам нужно сделать тест на отцовство.

– Ты мне не веришь?

Он бросил на меня страдальческий взгляд.

– Как я уже сказал, мы были осторожны.

Мы были осторожны. И к тому же, я была бесплодна. Но он не знал последнего.

Однако я ожидала этой просьбы. И я бы никогда не подошла к нему с ребёнком, если бы не знала, как справиться с этим.