— Ты оставайся здесь, — говорит мне Рошан. — Я пойду.

В ярости я дергаю его за рубашку.

— Я Хранительница Звезд. Ты — король, так что оставайся. Пойду я.

Я выскальзываю за дверь прежде, чем он успевает возразить или остановить меня каким-нибудь дурацким излишне заботливым рыцарством. Я единственная, у кого здесь есть природная магия, и он это знает. Мой звездный свет вырывается из меня, устремляясь к сражающимся на песке силуэтам, и в последний момент я узнаю Хамида. Магия мгновенно и бесшумно обезвреживает двоих других мужчин.

— Спасибо. Они мертвы? — тяжело дыша, хромая, спрашивает он, направляясь обратно ко мне.

— Без сознания, — говорю я и, подняв руку, освещаю магией их лица. Оба мужчины незнакомы — никто из них не похож на местного. Новые звуки битвы пронзают воздух, шум мечей звучит в ночи. — Рошан, трактир!

В панике я бегу к нему, игнорируя приглушенные предостережения Хамида подождать. Моя магия потрескивает, симург внутри настороже. Задняя часть гостиницы пуста, я подаю знак двум королевским стражникам оставаться на своих местах у двери. Клем сидит на корточках у бокового окна, ее оружие наготове, я бесшумно подбегаю к ней.

— Какая обстановка? — спрашиваю я одновременно с тем, как она спрашивает:

— Где король?

— С Хамидом, — отвечаю я. — Позади меня. Сколько нападавших?

— По меньшей мере пять, — говорит она, — и с десяток заложников в главном зале таверны. Аран тоже там.

У меня все переворачивается внутри, хотя я знаю, что Аран способен позаботиться о себе. В то время как моя магия питается сырой акашей в моих венах, он использует джаду — кристаллическую форму магии — чтобы усиливать свои руны. Он более чем способный мастер рунных искусств.

Если только их не слишком много.

Клем сказала, по крайней мере, пять враждебно настроенных, но больше может прятаться вне поля зрения, выжидая удобного момента. Все это наступление, похоже, было очень тщательно спланировано, а это означает, что тот, кто является лидером внутри, должен был получить информацию от кого-то из наших, кто был осведомлен о наших планах. Они должны были знать, что мы остаемся с меньшим количеством охраны. Мысль ошеломляет — у нас есть предатель, и это может быть кто угодно.

— А мой отец? Амма?

— Оба внутри. — Она поворачивается к Хамиду. — Тебе нужно увести короля в безопасное место. Я останусь с Сурайей и возьму ситуацию под контроль.

— Нет! — рычит Рошан. — Хранительница Звезд не отойдет от меня ни на шаг.

Я вздрагиваю от его необычной резкости, тем более когда его пальцы опускаются и сжимаются на моем запястье. Несмотря на то, что слова похожи на те, что он говорил ранее, они не вызывают тех же теплых чувств. Нотка гнева кажется скорее собственнической, чем защитной. Но у меня есть более насущные проблемы, чем разбираться в переменчивых эмоциях Рошана, а именно безопасность моей семьи.

— Успокойся, пещерный человек, — бормочу я и высвобождаюсь из его хватки. — Никто никуда не пойдет, пока мы не выясним, как разрядить ситуацию. Я наименее уязвима. Моя магия защитит меня, так что я могу войти туда и выяснить, что им нужно.

— Сурайя.

Я смотрю на Рошана.

— У тебя есть идея получше? Они убьют любого другого. Вам троим нужно выяснить, кто слил информацию. Почти никто за пределами нашего ближайшего круга и твоего военного совета в Калдари не знал, что Кобан будет нашей первой остановкой или, что еще хуже, что мы останемся здесь на ночь. Всем городам Ориндхра было приказано готовиться, но порядок проведения тура был объявлен только на этой неделе старейшинам из соображений чрезвычайной осторожности. Это нападение было спланировано. Эти наемники — не недовольные деревенские жители. Люди во многих городах ненавидели предыдущий режим и были наказаны за это.

Трое обмениваются мрачными взглядами.

Я не жду согласия Рошана, прежде чем скользнуть вокруг здания к фасаду и смело постучать в дверь. Я слышу его недовольный рык, но с ним всегда лучше просить прощения, чем разрешения. Он бы завернул меня в шерсть, если бы мог, и спрятал бы, как драгоценный камень. Это было бы мило, если бы у нас не было другого выбора. Но у нас недостаточно солдат, чтобы штурмовать таверну, и даже если бы они были, риск гибели невинных в перекрестном огне слишком велик.

— Открывайте! — кричу я. — Я безоружна и пришла поговорить!

Когда дверь приоткрывается, я вхожу, подняв обе руки вверх, под прицел множества единиц оружия. Я не слишком беспокоюсь об этом, но меня волнует то, что нацелено в голову моего отца. Арана тоже, он присел на корточки рядом с моим отцом, кровь течет по его щеке из неприятной раны на виске. Я окидываю взглядом комнату и с облегчением вижу Амму, сидящую в одном углу без признаков травмы или страха на лице. Она выглядит совершенно взбешенной.