Она издает еще один глубокий стон, и где-то на задворках сознания проносится мысль, что прямо там, внизу, на палубе, в ста футах от нас, находится команда. Они могут слышать нас, смотреть наверх, а может, мы просто растворились в шуме грозы, ветра и ливня. Как бы то ни было, сейчас я не способен об этом беспокоиться. Всё, чего я хочу, — это сорваться в экстаз на двоих.

Буря приводит меня в исступление, и я толкаюсь всё сильнее и быстрее, а ее влажный жар обвивает меня, словно бархат. Я чувствую, как поднимается оргазм, и издаю низкий, глубокий рык, когда удовольствие захлестывает меня с головой, а разрядка накатывает с яростной интенсивностью. Я вбиваю ее в мачту так сильно, что, кажется, под нами содрогается весь корабль.

— Марен, — выкрикиваю я сквозь дрожащий выдох, и чувствую, как ее тело содрогается в ответном оргазме, с ее губ срываются бессвязные звуки, а сама она вцепляется в меня так, будто никогда не отпустит.

Я оседаю на нее, тяжело дыша и дрожа от переполняющих эмоций, совершенно удовлетворенный, но безумно взволнованный. Мы еще долго остаемся в этом объятии, а проливной дождь смывает с нас всё лишнее, очищая нас; мой член все еще покоится глубоко внутри нее. Мне не хочется разрывать эту связь. Мне хочется оставаться частью нее.

— Рамзи, — шепчет она, и я поднимаю голову от мачты, встречаясь с ней взглядом. Дождь ручьями стекает по ее лицу. — Разве гроза — это самое безопасное место во время бури?

Я смеюсь, всё еще пытаясь отдышаться.

— Пожалуй, нет. — Я наклоняюсь и быстро, но страстно целую ее в губы. — Но я готов поспорить, оно того стоило, верно?

Она одаряет меня едва заметной, довольной улыбкой, соглашаясь с моими словами.

Я осторожно выхожу из нее, беру на руки и бережно опускаю на деревянную платформу. Ее сорочка полностью промокла и стала прозрачной, сквозь нее отчетливо виднеются затвердевшие сопки сосков, и неудивительно, что я снова возбуждаюсь, даже пока застегиваю штаны.

Она замечает это, и ее темная бровь взлетает вверх.

— Уже снова готов? — спрашивает она.

— Разве ты не видишь, как аппетитно ты выглядишь? — говорю я, поднося ее руку к губам и целуя тыльную сторону ладони. — От вида тебя мокрой во мне разгорается настоящий пожар.

Она сияет от этих слов и снова запрокидывает голову к дождю, раскинув руки. — Мне это было нужно.

— Ты о дожде или обо мне? — спрашиваю я.

Ее глаза игриво порхают.

— Обо всем. Мне нужно было и то, и другое.

— Тогда, пожалуй, мы могли бы обсохнуть в наших каютах, — предлагаю я.

Радость на ее лице мгновенно исчезает.

— Только не в твоей каюте. Там сидит морская ведьма.

— Ах да, — вспоминаю я о Нериссе. Мне даже думать не хочется о ней и обо всем том, что она наговорила перед моим уходом. — Что ж, твоя каюта тесновата, но, возможно, ты не откажешься от компании.

Однако я замечаю, что при упоминании Нериссы ее осанка выпрямляется, а лицо становится более замкнутым. Мне не нравится этот ее взгляд. Я хочу, чтобы ее лицо снова озаряла та радостная, ничем не сдерживаемая улыбка.

— Я лучше сплю одна, — произносит она, слегка приподнимая подбородок.

Я изучаю ее пару секунд, пытаясь разгадать смену настроения. Я знаю, что она ненавидит морских ведьм, и на то есть веские причины, а уж Нериссу она возненавидит еще сильнее, если узнает, что та — сестра Эдонии. Я решу пока придержать эту информацию при себе, тем более что подозреваю, будто Нерисса лжет.

— Как бы ты ни спала, — говорю я, — я провожу тебя до каюты, хочешь ты того или нет.

Она ворчит в ответ, поворачивается и, прежде чем я успеваю предложить помощь, ловко карабкается вниз по веревочной лестнице так, будто проделывала это сотни раз прежде. Я смотрю на нее секунду, убеждаясь, что она в порядке, а затем спускаюсь следом.

К тому моменту, как мои ноги касаются палубы, она уже направляется к лестнице вниз. Проходя мимо Реми и Хорса у штурвала, которые хихикают и отпускают ободрительные шуточки, я лишь киваю им с видом полного начальственного достоинства. Мне ни к чему, чтобы завтра они обсуждали это со всей командой.

Я быстро следую за Марен вниз по лестнице на главную палубу, и она уже собирается шмыгнуть в свою каюту, когда я протягиваю руку и хватаю ее за локоть.

— Уверен, что не хочешь моей компании этой ночью? — понизив голос, спрашиваю я.

Она одаряет меня быстрой улыбкой.

— Кажется, я уже получила всё, что мне было нужно.

Затем она открывает дверь и захлопывает ее прямо перед моим носом.

ГЛАВА 32

Марен

— Где Рамзи? — спрашиваю я у Сэм, прикрывая глаза ладонью и оглядывая верхнюю палубу. До заката еще несколько часов, солнце низко клонится к горизонту, но все еще палит вовсю. За последние несколько недель я загорела больше, чем за всю свою жизнь, и это начинает сказываться на коже: веснушки темнеют, а бледность сменяется легким золотистым оттенком. Больше не нужно прятаться под зонтиками от солнца или тревожиться из-за королевских требований оставаться как можно более бледной и безупречной — я наслаждаюсь этими переменами во внешности.