А затем улыбается шире, чем я когда-либо видел.

Я улыбаюсь в ответ.

Да, захлопнул.

И, блядь, как же приятно.

Глава 47

Главный дом Эшби превратился в нечто вроде вечеринки после вечеринки. Парни вынесли все пятьдесят арендованных стульев и вернули их в магазин праздничных принадлежностей, а гору подарков загрузили в пикапы, готовясь отвезти всё к дому Нэша и Сиси. Мы, девочки, убираемся, доедаем оставшиеся сладости и подпеваем кантри-плейлисту Джо, вместе заканчивая дела.

Никогда бы не подумала, что сегодня днём здесь было семьдесят человек. Папа Дин возвращается после того, как подмёл для Джо крыльцо, делает глубокий вдох и бросает шляпу на ряд крючков у входной двери.

— Ну что, Джо? Закажем на ужин пиццу из «Малдон»? — спрашивает он, упоминая местную пиццерию, пока мы все начинаем опускаться на диваны, решив немного передохнуть перед уходом.

— Чёрт, да. Эта мамочка до конца дня больше пальцем не пошевелит. Кто остаётся на ужин? — спрашивает она, опускаясь на диван рядом со мной, улыбается мне и затягивает высокий хвост.

— Я остаюсь, — отзывается Коул. — Только заберу Мейбс от подруги, и мы вернёмся.

— Мы тоже, — добавляет Сиси.

Джо кивает и вопросительно поворачивается ко мне.

— Спасибо, но я действительно очень устала. Думаю, вернусь в свою хижину.

Это не ложь, но на самом деле я просто не могу дождаться, когда останусь с Уэйдом наедине после целого дня порознь. Я смотрю на него, пока он пылесосит в передней, и задаюсь вопросом, скучал ли он по мне так же сильно.

— Конечно. Спасибо тебе за всю помощь сегодня, милая.

Я киваю и улыбаюсь в ответ. Нэш и Сиси возвращаются в комнату как раз в тот момент, когда Уэйд заканчивает.

— Всё готово. Мы просто отвезём всё к себе, а потом вернёмся на ужин. Уэйд, поедешь за нами? — спрашивает Нэш.

Глаза Уэйда скользят ко мне через всю комнату. Я ожидаю, что он ничего не скажет, но он направляется прямо ко мне.

— Я вернусь через полчаса, — говорит мне Уэйд, наклоняется и целует меня в губы прямо перед всеми.

Один раз, а затем снова, задерживаясь на втором поцелуе немного дольше. Я думаю, что он сделал это неосознанно, но когда он смотрит на меня, понимаю — намеренно.

— Просто… блядь. — Он вздыхает. — Я не хотел ждать ни секунды дольше, чтобы поцеловать тебя, — говорит он, растапливая меня от макушки до кончиков пальцев.

Я смотрю на него, а затем обвожу взглядом комнату, где все дела полностью прекратились в ожидании моей реакции. Открываю рот, но не успеваю произнести ни слова.

— Слава богу. Теперь нам всем разрешено знать, что здесь что-то происходит? — выпаливает Дин, указывая по очереди на меня и Уэйда.

Все в комнате сдерживают смех, кроме Джинджер, которая откровенно хихикает, пока Уэйд ворчит.

— Что ты имеешь в виду, дед? Уэйд просто очень предан своей работе, — говорит Нэш, а Сиси шлёпает его.

Коул не произносит ни слова, но я замечаю его ухмылку, когда он поднимает последние пакеты с подарками и направляется к грузовику Нэша. Оливия и Джинджер начинают хихикать ещё громче, ничуть не стесняясь.

— Смейтесь, ублюдки, — говорит Уэйд, затем поворачивается ко мне и намеренно кладёт ключ от своей хижины мне в ладонь. — Иди ко мне, я встречусь с тобой там. Не обращай на них внимания.

Он поднимает взгляд на остальных.

— Вот поэтому я никому из вас ничего не рассказываю.

Улыбка Сиси озаряет всё её лицо, когда она мне подмигивает.

— Незрелые мелкие придурки, — добавляет Уэйд, выходя через входную дверь, а дом наполняется смехом.

Как бы я ни старалась, не могу удержаться и тоже начинаю смеяться вместе со всеми.

Похоже, на этом ранчо секреты могут существовать лишь до поры до времени.

Глава 48

Когда девяносто восемь минут спустя я подъезжаю к дому, внутри темно. Просто чтобы поиздеваться надо мной, Нэш продержал меня у себя целый час, заставляя помогать со всеми мелочами, какие только мог придумать, прежде чем они вернулись в главный дом. Мы переставляли мебель в гостевой комнате, превращая её в нечто вроде комнаты для свадебных подарков.

— Давай просто вынесем диван в гараж. А, и занесём стол, чтобы поставить на него подарки.

И всё с самой самодовольной ухмылкой на свете. Я прекрасно понимал, что он делает. Теперь, когда увидел, как я сдался и поцеловал её, он пытался заставить меня признаться, насколько сильно я хочу вернуться к Айви и что между нами всё серьёзно.

Ну и пошёл он нахер. Мне почти тридцать пять лет, я могу целовать кого, блядь, захочу, и не собираюсь ему уступать. Как бы сильно мне ни хотелось кричать об этом с крыш, то, что происходит между мной и моей девушкой, касается только нас двоих. Пока мы сами не поговорим, я уж точно, блядь, не стану обсуждать ничего ни с кем другим.