Он низко смеётся, заходя дальше, чем следовало бы.

Да пошло оно всё.

— Смертельный удар, — предупреждаю я, прежде чем бросить следующий топор и попасть точно в нужную зону. — Восемь очков, ублюдки, — бормочу я, а затем поворачиваюсь к Хейдену, напрягая челюсть и изо всех сил стараясь сохранить спокойствие.

— И если ещё раз заговоришь об Айви в таком тоне, узнаешь, как быстро мой сапог тринадцатого размера окажется в твоей костлявой заднице, — рявкаю я.

Коул и Нэш хохочут рядом с Хейденом. Нет для них большего удовольствия, чем увидеть, как я завожусь.

Хейден встаёт и хлопает меня по спине.

— Не надо так перекручивать свои грёбаные боксёры размера ХXL. Я понимаю, что защищать её для тебя естественно. Уверен, за меня ты бы тоже так заступился, Серж. Правда?

Он ухмыляется.

Следующим бросает Нэш, попадает в одну из мишеней, тихо произносит:

— Блядь, да, — а затем поворачивается ко мне.

— Если серьёзно, мы тебя знаем и просто хотим, чтобы ты признался самому себе, что она тебе небезразлична. Мы все видим. Ты смотришь на неё так, словно у тебя на лбу приклеена светящаяся неоновая вывеска — «Я, блядь, одержим Айви Спенсер». Ты заслуживаешь счастья, поэтому не дай ей или такому возможному будущему ускользнуть у тебя между пальцев, — говорит он словно сентиментальный грёбаный романтик, в которого его превратила моя сестра.

Они с Коулом улыбаются как те любители устраивать дерьмо, которыми и являются.

— Мы просто тебя дразним, придурок. Когда-нибудь придётся решиться и остепениться. Ты уже не молодеешь, — ухмыляется Коул, отправляя в рот начос.

— Ты младше меня всего на пять лет, — бесстрастно отвечаю я.

— Да, возможно, но мне хотя бы не нужно набивать слово «моё» на руке, чтобы не забыть, чей член я сжимаю в кулаке.

Коул изображает универсальный жест дрочки, а я смотрю на свою новую татуировку и качаю головой.

— Лично я возмущён, — шутит Нэш. — Сомневаюсь, что твой член хочет, чтобы его так объективировали.

— Вот и я о чём! — добавляет Коул. — Прояви немного уважения. Чувства твоего члена тоже имеют значение.

Нэш откидывается назад и ржёт.

— Он был рядом с тобой все засушливые годы…

— Господи, блядь, — бормочу я.

— Послушай, если честно, нам просто нравится видеть сентиментальную улыбочку на твоём лице всякий раз, когда Айви находится в радиусе пятидесяти метров, — смеётся Коул.

На столе загорается экран моего телефона с новым сообщением от Айви, и ровно в тот момент, когда они замечают, оба сгибаются пополам от смеха. Я качаю головой, но не могу удержаться от улыбки.

— Доказательство окончательно, — говорит Коул, указывая на моё лицо.

И как раз когда мне кажется, что день уже не может стать более неловко после обсуждения моей личной жизни с братьями и сотрудником, воздух наполняет пронзительный, легко узнаваемый смех Жанель.

«Твою мать».

— Мы не позволим Жанель прогнать нас отсюда. У нас осталась ещё одна игра, и мы её закончим. Просто игнорируй её и её компанию, — подбадривает меня Коул, пока Жанель неспешно направляется к нам.

Только в декабре я окончательно избавился от этой женщины, когда ей одобрили рефинансирование, но ей, конечно же, понадобилось зайти именно в тот бар, где я нахожусь, посреди грёбаного дня в среду. С ней две женщины, которых я видел в городе. Они остаются у барной стойки.

— Ну-ну-ну, кого я вижу. Мой любимый муж.

— Бывший муж, — поправляю я.

— Вообще-то, ты именно тот человек, которого я хотела увидеть, Уэйд. Я собиралась позвонить тебе завтра…

Она смотрит на меня, ожидая, что я спрошу зачем, но я вместо этого отпиваю пиво, не заглатывая наживку, и она продолжает:

— Они закончили ремонт крыши, и мне немного не хватает наличных, чтобы расплатиться полностью. Я надеялась, ты сможешь мне помочь.

Я приподнимаю шляпу и потираю лоб.

Разумеется, не хватает.

— Чёрт возьми, Жанель, ты рефинансировала дом. Деньги нужно было отложить.

— Как прошёл круиз? Ну, тот, в который вы с Джеммой ездили в прошлом месяце? — спрашивает Коул со всезнающим, самодовольным выражением в глазах.

Он рассказывал, что Жанель ездила с Джеммой на Багамы. Джемма пропустила школьный спектакль Мейбл ради поездки.

Самое забавное, что Джемма и Жанель терпеть друг друга не могли, пока не стали нашими бывшими и не начали действовать сообща. Похоже, они сблизились из-за расставаний и создали маленький клуб ненавистниц мужчин Эшби.

Я бросаю на Коула взгляд, который говорит — какого хрена ты решил дразнить медведя?

Он замечает и пожимает плечами.

— Круиз прошёл просто замечательно, Коул, и это совершенно не твоё грёбаное дело, но спасибо, что спросил, — огрызается Жанель.

Её голубые глаза сужаются, и она даже не пытается скрыть презрение к тому, что мой брат всегда уличал её во всяком дерьме.