В голове проносятся тысячи мгновений, пока я ищу подтверждение правде. Как по утрам он убирает волосы с моего лица, чтобы поцеловать в лоб. Как теперь он гордый обладатель всех стриминговых сервисов, известных человечеству, чтобы у нас никогда не закончились фильмы. Как ездит до самого Лексингтона, чтобы покупать в «Костко» огромные упаковки «M&M’s» для наших вечеров с мороженым. Свежие полотенца в ванной для моего душа и сваренный для меня кофе перед тем, как он уходит в конюшню по утрам, когда ему нужно быть там раньше меня. Даже те мгновения, когда я просто слышу его голос где-то поблизости, заставляют меня чувствовать тепло и целостность от одного лишь знания, что он рядом.

И понимание обрушивается на меня быстро и безошибочно.

Вот оно — настоящее счастье.

Такое, какого я никогда прежде не испытывала.

Я открываю его сообщение и улыбаюсь. Мне потребовалось слишком много времени, чтобы признаться самой себе, но, кажется, я влюблена в Уэйда Эшби.

Отчаянно влюблена.

И если в ближайшее время мне действительно придётся оставить его и «Сильвер-Пайнс», это может меня уничтожить.

Глава 46

Парни всерьёз пытаются убедить меня, что «Мистер и миссис Смит» — не романтический фильм. Мне нужна поддержка.

Беда: «Какая наглость. Это же очевидно культовая история любви».

Я: «Вот именно. И мы ещё ни разу не смотрели его вместе. Как такое возможно? Я думал, мы уже всё пересмотрели».

Беда: «Понятия не имею, но чертовски досадно. Значит, сегодня смотрим его?»

Я: «Звучит как свидание».

Беда: «Я буду той, что в пижаме на левой стороне дивана».

Я: «Я принесу мороженое. И, Беда?»

Беда: «Да?»

Я: «Это неофициальное мероприятие. Пижама необязательна».

В груди становится тепло, и я широко улыбаюсь при одной мысли о том, что ждёт впереди. О простом совершенстве предстоящего вечера. Помимо блюда, которое собираюсь приготовить, и как собираюсь пировать на Айви, больше всего я жажду просто сидеть на своём месте на диване рядом с ней, при приглушённом свете, среди грёбаной кучи одеял и закусок. Именно туда мне сильнее всего хочется вернуться, когда в конце дня я ухожу из конюшни.

— Твоя очередь, Ромео, — зовёт меня Нэш, протягивая топор для броска — местном боулинге Лорел-Крик с недавно добавленной игровой зоной, где есть метание топоров, квест-комнаты и небольшой зал с автоматами для детей.

Никто из местных не знает, что Нэш профинансировал реконструкцию для владельца лишь затем, чтобы центр города оставался оживлённым и процветал. Пока всё идёт невероятно хорошо и помогает окружающим заведениям, включая «Конь&Бочка».

Мы с Нэшем и Коулом пришли сюда скоротать день во время девичника века. Хейден увязался с нами и теперь поднимает взгляд от стола, усмехаясь после слов Нэша той самой понимающей улыбкой, которую уже не раз мне показывал.

— Тебе ли читать мне лекции об отношениях между сотрудником и работодателем, — парирую я, указывая на него бутылкой пива.

Нэш посмеивается.

— Значит, ты там улыбался определённому тренеру лошадей? Как я и думал. Секс — одно, а серьёзные отношения с кем-то — совсем другое. У вас всё серьёзно? Мы все знаем, что это продолжается уже какое-то время, — говорит он мне.

— И мы все завидуем, — добавляет Хейден.

— Говори за себя. У меня уже есть идеальная женщина, — вмешивается Нэш, а Коул качает головой.

Я выхватываю топор у Нэша, пока Хейден смеётся, потягивая пиво. Подхожу к линии и прицеливаюсь в деревянную доску с нарисованными кругами и мишенями.

— Мне плевать, что кто говорит, но мужчины и женщины не могут долго оставаться просто друзьями. В конце концов они либо расходятся, либо трахаются. Точка. Особенно если женщина выглядит как Айви Спенсер, — хохочет Хейден, словно иного исхода быть не может.

Полагаю, учитывая, что я не способен держать член подальше от неё дольше нескольких часов, технически он прав.

Но я всё равно стискиваю зубы. Мне хочется сапогом стереть из головы Хейдена образ Айви.

— Осторожнее, Хейд. Не зли Сержа. Он всё ещё глубоко погружён в отрицание, — вмешивается Коул.

— Эй, он босс. Имеет право делать всё, что считает полезным для ранчо, — подаёт голос Хейден из-за стола.

Я бросаю топор, и он попадает в самый край доски, даже близко не к центру или зоне смертельного удара. Все трое принимаются кричать из-за моего броска. Нэш — потому что мы играем командами, и он мой партнёр, а двое остальных — потому что мой паршивый прицел только что значительно улучшил их положение.

— Мне нравится. Продолжай говорить о его сотруднице. По какой-то странной причине это его бесит. Возможно, у нас появится шанс выиграть, — говорит Коул Хейдену.

Разумеется, Хейден не теряет ни секунды.

— Я лишь говорю, если для лучшего года ранчо за последнее десятилетие нужно трахать Айви Спенсер, Серж, тогда пожертвуй собой ради команды. Никто тебя не осудит.