Декан и генерал — полная противоположность друг другу. Декан Уизерс хрупкая и миниатюрная — почти как птичка, — с каштановыми волосами, в легком белом платье под свободным белым шерстяным пальто. Генерал Сол возвышается над ней на добрый фут, облаченная с ног до головы в черную кожу, которая облегает тело, явно прошедшее через бесчисленные часы тренировок.

Когда её острый взгляд скользит по толпе, у меня возникает ощущение, что она замечает каждого человека на площади и точно знает, кто мы все такие.

Декан Уизерс подходит к микрофону, пока легкий моросящий дождь накрывает всех, у кого нет роскоши укрыться под тентом.

— Добро пожаловать, — говорит она. — Мне жаль, что мы вынуждены собраться вместе при таких… трагических обстоятельствах. Потерю каждого студента я всегда принимаю близко к сердцу, а потерять троих так внезапно, так жестоко — это нож прямо в сердце.

Чтобы подчеркнуть свои слова, она прижимает ладонь к груди и закрывает глаза, делая такой содрогающийся вдох, что он разносится гулом по динамикам. Я не могу отделаться от мысли, что всё это — спектакль. В конце концов, люди гибли во время инициаций в этом самом здании, и никто, казалось, даже глазом не моргнул.

Она продолжает говорить еще несколько минут, делясь какими-то приятными деталями о каждом из ушедших студентов. Учитывая, что они все были третьекурсниками, я знала о них не так уж много.

Тот «пустой» был таким юным, и я задаюсь вопросом, у кого его отняли. Есть ли сейчас хоть кто-то, кто оплакивает его? Будет ли у него такая же красивая церемония с присутствием члена «Щита»? А как насчет остальных людей, погибших на путях? Я почти уверена, что знаю ответ.

Когда декан заканчивает, дождь усиливается, мягко барабаня по нам, в то время как она остается сухой под тентом рядом с генералом. Я дрожу, когда прохладный ветерок пробирается под куртку. Декан Уизерс делает жест в сторону Генерала Сол, которая стоит со сцепленными за спиной руками, выпрямившись в струнку.

Её длинные волосы развеваются на ветру, но ровно настолько, чтобы выглядеть внушительно, а не растрепанно. Она приближается к микрофону, и это вновь пробуждает всеобщий интерес. Когда она прочищает горло и начинает говорить, я чувствую, как все подаются вперед — совсем немного.

Она — магнит, и мы не в силах сопротивляться её притяжению.

— Благодарю вас за то, что нашли время прийти сегодня утром. Декан Уизерс пригласила меня сюда, чтобы я выступила перед вами от имени «Щита». Канцлеры Маркс и Орсен передают свои искренние сожаления, что не смогли присутствовать лично, — говорит она. Её голос звучит сильно. Уверенно. В нём нет ни тени колебания. — Я знаю, как глубоко вы страдаете после этой трагедии. Я тоже воспринимаю эту утрату лично. Я знаю каждого из вас, даже если вы думаете иначе. Я знаю ваших родителей, и я считаю каждого из вас своим собственным ребенком.

Я замечаю, как многие переглядываются. В отличие от слов декана Уизерс, слова Генерала Сол кажутся искренними. Настоящими. Словно они идут прямо от сердца.

— Обязанность «Щита» всегда заключалась и заключается в том, чтобы защищать граждан Нового Манхэттена от любой угрозы, будь то извне или изнутри. — Она делает театральную паузу, и смысл её слов предельно ясен. Мы все были детьми, когда происходили самые страшные беспорядки еще до того, как мой отец стал сционом[4], но мы достаточно хорошо помним некоторые детали. Этот инцидент — напоминание о том, что нельзя забывать, что может случиться снова.

— Благодаря нашим четырем Домам мы поддерживаем порядок в нашем мире, — продолжает она. — Дом Фиама, Дом Ария, Дом Асале и Дом Тера — это столпы, на которых зиждется наша безопасность. Без их бдительных усилий мы были бы не лучше животных, рыщущих в поисках еды и дерущихся за объедки.

По площади проходит волна одобрительных кивков.

— Сейчас важнее, чем когда-либо, придерживаться ценностей Общества, установленных основателями «Щита» много лет назад. Многие из вас покинут «Эмери» и станут теми самыми лидерами, которые помогут нам в этой миссии. Именно вы будете сидеть на вершинах этих башен и обеспечивать процветание нашей маленькой нации.

Она поднимает руки, словно охватывая всё вокруг: и нас, и город, простирающийся во все стороны. — Вы — будущее Нового Манхэттена, и мне нужно, чтобы каждый из вас оставался в безопасности. Чтобы вы помнили, откуда вы родом, и что независимо от того, какой Дом вы представляете, в конечном счете, мы все — одна семья.

Генерал Сол улыбается в ответ на тихое недовольное бормотание, похоже, прекрасно считывая реакцию аудитории.