— И что? Кого это волнует? Разве ты ещё не потратила достаточно времени, живя так, как другие считали правильным для тебя? Неужели в тебе нет хотя бы крошечной части, которой просто хочется узнать, что ещё есть в этом мире? Понять, было ли хоть что-то в той искре между вами?

— Я всё ещё замужем…

Несколько мгновений они молчали.

А потом произошло нечто очень странное.

Николь поднялась на ноги, допила остатки текилы одним глотком и распустила волосы.

— Да пошло оно всё, — сказала она. — Поехали.

6 Слабое подозрение

Николь, пошатываясь, поднялась на крыльцо дома Логана Милгрэма, которое, казалось, слегка кружилось вместе с ней, и очень долго водила затуманенными кончиками пальцев по облупившейся зелёной краске его входной двери. Очень, очень долго. Мари — всё ещё в рабочей одежде и прихлёбывая текилу из дорожной кружки — высунулась из-за куста.

— Ник! Позвони уже в дверь!

Николь шикнула на неё и закрыла глаза. Медленно вдохнула. Затем выдохнула. Она умоляла мозг приказать руке нажать на кнопку звонка, но ничего не происходило. Рука так и висела в воздухе — тяжёлая, неподвижная, всего в нескольких сантиметрах от покрытого ржавчиной звонка.

— Николь! Просто нажми!

— Не торопи меня! Я думаю!

Ещё когда они были у Мари — вся эта затея казалась отличным способом отвлечься. Даже весёлым. Они рылись в куче одежды, которую Николь за эти годы успела оставить у неё дома, пытаясь найти самые короткие джинсовые шорты, а потом, умирая со смеху, выбежали на улицу. Но сейчас? Здесь? Стоя перед квартирой Логана? Это было полным безумием.

Да, Николь была в стельку пьяна.

Но не настолько.

Это было совсем не в её духе.

Поэтому, слегка покачиваясь, она опёрлась рукой о потрёпанный солью и слегка переполненный почтовый ящик Логана, в последний раз бросила затуманенный взгляд на кованую цифру «2», прикреплённую к двери, и неловко начала разворачиваться.

И именно тогда это произошло.

Всё случилось так…

Так быстро.

Его ключи с грохотом упали на бетон.

Её руки безвольно опустились вдоль тела.

Они просто стояли и смотрели друг на друга.

С открытыми ртами.

Не двигаясь.

Сердце Николь бешено колотилось.

Глаза Логана широко распахнулись.

Его пальцы ослабли, отпуская ручку чемодана.

— Н-Николь?

Она не смогла произнести ни слова.

Не смогла пошевелиться.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он. — Ты… ты в порядке?

Николь и Логан не виделись и не разговаривали больше двух лет.

С её последнего дня в Porter Sloane. Там же она познакомилась и с Мари.

Но с Логаном всё было иначе. Несмотря на то что они с Николь много болтали и успели хорошо подружиться, за пределами работы между ними ничего не существовало. Прошло два года и два месяца — и тишина. Николь даже ни разу не заглянула в его профиль на LinkedIn.

Они были чужими людьми.

И вот теперь Николь стояла у его двери пьяная.

Всё ещё не мать.

И, возможно, уже не жена.

Наконец она заговорила.

— Мне… очень-очень сильно нужно в туалет.

Он рассмеялся.

И этого оказалось достаточно.

В одно мгновение он снова стал именно таким, каким она его помнила: приподнятая бровь, лёгкое покачивание головой и его фирменная ухмылка на небритом лице.

— Николь Спайер, ты что, выпивала? В будний день?

— Ага.

— И явно не один бокал?

— Давненько такого не было.

— Да уж. — он сделал пару шагов к ней. У Николь перехватило дыхание. — Это заметно.

Она сглотнула.

Будь она трезвой, давно бы уже сбежала.

Но она была не трезвой.

Поэтому вместо этого очень внимательно посмотрела на него: тёмно-синие брюки, незаправленная рубашка, предплечья…

И её понесло.

— Как съездил? Ты всё время путешествуешь. Куда ездил? Мне нравится твоё растение.

— Эм… В Чикаго? — он слегка наклонил голову, затем бросил взгляд на полумёртвый папоротник, который, присмотревшись, скорее всего принадлежал соседям. — Слушай, ты… ты…

— О, обожаю Чикаго! Там так красиво. Не понимаю, почему туда не переезжает больше людей. Им стоило бы. Правда, там очень холодно. Всё из-за озёр, знаешь? И снег там такой холодный. Представляешь, люди ещё и севернее живут? Там же целая страна сверху! Это…

Он продолжал смотреть на неё — голова всё так же склонена набок, бровь всё так же приподнята — и почесал шею.

— Может, зайдёшь? Выпьешь чашку кофе?

Николь кивнула.

Издала какой-то странный писк.

Логан снова ухмыльнулся, поднял ключи, открыл дверь, включил свет и показал ей, где находится ванная. К тому времени как она добралась до кухни, он уже поставил вариться кофе.

— Садись, алкоголичка.

Николь снова издала тот самый странный звук и забралась на высокий барный стул, пока Логан ополаскивал кружку в раковине.