Кейт продолжала истошно вопить, вода прибывала с бешеной скоростью, и казалось, что у меня больше просто нет никакого выбора. Всё, что я могла сейчас сделать — это медленно шагать навстречу Натаниэлю, заслоняя собой Ашера от его пули… когда внезапно Кейт буквально разорвало надвое.

Она издала пронзительный предсмертный хрип, когда её тело с треском разошлось по шву прямо на животе, как тряпичная кукла, которую не поделили две собаки.

Темные склизкие сущности лавиной повалились из неё, капая на пол. Черви хлынули наружу сплошным водопадом, извивающиеся и лоснящиеся чернотой, рождаясь один за другим прямо у нас на глазах. До этого момента невозмутимые наемники в ужасе отшатнулись назад при виде этого зрелища. Они были обычными людьми, и зрелище человеческого тела, расползающегося по швам и изрыгающего из себя полчища червей, было уже за гранью добра и зла; даже сам Натаниэль застыл в полном оцепенении от шока. Хорхе попытался судорожно отплыть от неё прямо в воздухе на своих веревках, в то время как Мариус остался абсолютно бесстрастным: на палубе «Дельфина» ему уже довелось повидать вещи и пострашнее. Вооруженные наемники в панике отступили назад, оказавшись в зоне прямой досягаемости для удара Мариуса, и он бросил на меня быстрый красноречивый взгляд: что бы ты ни задумала сделать, делай это прямо сейчас!

И оставалась только одна-единственная вещь, которую я вообще была способна сейчас провернуть. Натаниэль так отчаянно хотел заполучить меня в свои руки? Ну что ж, пусть тогда попробует пойти и поймать.

Я намеренно подкосила ноги, поскользнулась и плашмя повалилась на пол, со свистом заскользив по накренившемуся покрытию в самый дальний угол комнаты.

ГЛАВА 38

— Нет! — в один голос закричали Натаниэль и Ашер где-то позади меня, и я услышала, как там с шумом завязалась драка.

У меня было время ощутить кожей весь жар от трения об ковролин, пока я на собственной заднице пролетала через всю комнату, после чего с размаху влетела прямо в скопившуюся внизу воду, которая обдала меня соленым холодом.

Мне чертовски повезло, что я не напоролась на какой-нибудь перевернутый стул. Если бы вода оказалась хоть капельку мельче, или если бы моя задница скользила по жесткой плитке…

Я принялась судорожно барахтаться, отплевываясь от брызг. Мои ноги нащупали опору на каких-то предметах, которые уже успели затонуть в этой части зала, и я смогла удержаться на плаву. Плавала я паршиво, но зато благодаря дарованному мне Богом слою подкожного жира держалась на воде просто превосходно.

Единственное, на что я вообще не рассчитывала — так это на дикий холод. Вся теплота стремительно покидала мое тело и я физически ощущала ушедшие под воду столы со стульями прямо под собой и даже могла какое-то время стоять на них, но долго ли это продлится?

Раздался громкий всплеск рядом со мной, когда кто-то еще с шумом скатился вниз в этой темноте. Я вовремя подавила испуганный вскрик и пригнулась пониже, так чтобы над поверхностью воды оставались только мои глаза. Звуки яростной борьбы наверху по-прежнему продолжались.

Аварийное освещение должно было сразу высветить оранжевый жилет Натаниэля, так что тот, кто полетел вслед за мной вниз, сто процентов являлся одним из его наемников. Что-то зашевелилось в воде прямо рядом со мной, извиваясь в точности как змея — один из тех червей, что только что полезли из Кейт. В морской воде эта тварь отливала каким-то блеклым, болезненно-зеленым цветом, точь-в-точь как неоновая палочка, брошенная в грязную сточную канаву возле ночного клуба.

Абсолютно все сфинктеры в моем теле сжались от ужаса, но эта мерзкая хреновина просто проплыла мимо. У неё явно были другие дела, и эта мысль пугала ничуть не меньше. Одно дело — находиться в помещении, которое стремительно заполняется водой; и совсем другое — быть вынужденной выплывать отсюда прямо в открытое штормовое море, где как раз пробуждается древний монстр.

Я услышала бульканье вырывающегося воздуха прямо возле себя, слишком близко. Пытаясь уйти от червя, я, сама того не желая, попятилась назад и оказалась вплотную к тому самому человеку, который только что упал вниз. Но он свалился сюда далеко не по своей воле — кровь медленно растекалась от его лица широкой багровой тучей.

Мариус, должно быть, знатно приложил его ногой и раздробил ему нос, и при падении этому ублюдку повезло гораздо меньше, чем мне. Из него просто выбило весь дух, или же он потерял сознание от удара, и теперь его лицо находилось целиком под прибывающей водой. Вспоминая о жизни в Порт-Кавелле, я наслушалась слишком много жутких историй о том, как тонущие моряки карабкаются по спинам других моряков ради собственного спасения, и я не горела желанием находиться рядом с приходящим в чувство наемником. Кем бы ни был этот мужчина, он спокойно смотрел на то, как умирает Кейт, и был готов без колебаний принести в жертву меня саму — не говоря уже о всех тех людях, что уже погибли из-за тяжелого автомата, который прямо сейчас утягивал его на дно.