Дыхание Сарай перехватило, когда осознание ударило её с силой молота.

— Но ведь Хельвуса убила Адмия.

— Буря закончилась много часов назад. В небе не было ни облачка. Но мои люди докладывают, что молния — всего одна — взялась ниоткуда и разнесла дом Адмии в щепки.

Сарай похолодела, вспомнив неистовую мощь Кадры. Конечно. Это объясняло, почему молния ударила точно в скутумы Адмии. Он знал, что они взорвутся, и знал, что Адмия пойдёт на Хельвуса. Он с самого начала знал о железной пыли. Скрывал ли он это от публики, потому что не знал, кто ещё является клиентом Хельвуса?

Кассандана вздохнула. — Адмия была непопулярна, но это не меняет того, что она была женщиной со своими мечтами и мужем, которого глубоко любила. А теперь ей грозит Вызов.

— Я пыталась, — голос Сарай охрип. — Я хотела добраться до Хельвуса вовремя, чтобы остановить её. — Она поняла, что Кадра дал Адмии фору. — Я не знала, пока не стало слишком поздно.

— Проситель Сарай, тебе здесь не место, — мягко сказала Кассандана. — Я поняла это, когда увидела, как ты дрогнула, пытаясь сжечь того человека на Облачении. Чем дольше ты остаёшься, тем больше частей себя ты будешь терять. Кадра ведёт опасную игру, и по какой-то причине он сделал тебя её центром. Спасай себя. Гнев Гильдии Металлов утихнет, если у них не будет цели.

Поражённая, Сарай уставилась в землю. Она права. Оставаться здесь, перед лицом обвинений в злоупотреблении властью, было глупостью, а она уже и так вкусила от этого плода слишком много.

Она никогда не считала себя способной на трусость. Но сейчас она не хотела ничего, кроме как оставить «девочку из Сидранской башни» в прошлом, бросить юг Ур Динье на произвол судьбы со скутумами, которые их погубят, и отбросить мужчину, который лишь пытался ею воспользоваться.

Видя её молчание, лицо Кассанданы напряглось. — Воспользуйся этим шансом. Я бы не хотела видеть смерть ещё одного Просителя.

Вот оно. Каждый раз, когда она хотела уйти, всё сводилось к этому.

— Вы… — она глубоко вдохнула. — Тетрарх Кассандана, вы хотите сказать, что смерти Просителей не были самоубийствами?

Что-то подозрительно похожее на страх промелькнуло на лице Тетрарха. — Ничто не удерживает тебя здесь.

— Вы правы, — слёзы затуманили её взгляд. — Но я не могу сидеть сложа руки, когда знаю, что кто-то вот-вот пострадает. Хотела бы я быть такой же практичной, как вы, и игнорировать всё, сосредоточившись лишь на себе. Моя жизнь была бы намного проще. Но я не знаю, как. Тысячи жизней были и будут разрушены Гильдией Металлов. Я не могу позволить этому продолжаться. Если есть хоть шанс выиграть этот суд, я обязана попытаться.

— Шансов нет, Проситель Сарай. — В этом замечании сквозила безысходность. — Не с этими людьми. Только смерть.

Она кивнула.

— Мне знакомы такие шансы, Тетрарх Кассандана.

— Тогда, если они когда-нибудь покажутся тебе слишком велики, приходи ко мне. — Женщина выглядела сурово. — Моё предложение остаётся в силе.

Если она уйдёт, всё будет окончательно потеряно.

— Спасибо.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Сарай проснулась и нашла записку от Кадры: он просил встретиться в его кабинете на станции стражи, а снаружи заграждений Аоранской башни её уже ждал Гайус, чтобы сопроводить.

Спешившись у станции, она проигнорировала перешёптывания стражников — по-видимому, все были в курсе назначенной награды. Вместо того чтобы проявить такт и смутиться, группа людей на её пути восприняла её суровый взгляд как приглашение окружить её. Большинство из них были знакомыми лицами — теми, кто полтора месяца игнорировал её и смотрел на то, как Туллус душит её, словно на занимательное представление.

Сарай скрестила руки на груди. — Да?

Гайус занервничал от ядовитых ноток в её голосе. — Позволь мне проводить тебя к…

— Неплохо вчера получилось, — вставила какая-то женщина. — А я думала, ты коррумпированная.

— Полутора месяцев испытаний не хватило, чтобы доказать обратное?

Она пожала плечами. — Нам нужно было понять, из чего ты сделана. Многие пытались войти в доверие к Тетрарху Кадре, чтобы шпионить за ним.

Сарай не стала упоминать, что и сама согласилась на то же самое. — Значит, смотреть, как Туллус меня душит, было лучшим способом выяснить, шпионка я или нет?

Женщина скривилась, словно проглотила лимон.

— Прошу прощения. — Гайус одарил Сарай примиряющей улыбкой. — Нам стоит поторопиться к Тетрарху…

— И всё же, Тетрарх Кадра должен тебе доверять, раз решил оставить тебя здесь на постоянной основе, — перебил другой стражник.

Её глаза сузились. — На постоянной?

— Работать в его кабинете время от времени, как и он сам. Мы всё гадали, зачем он каждый день таскал тебя по рынкам.

Желваки на щеках Сарай заходили. — «Таскал меня», — повторила она ровным голосом.