Его тело дрожит, прижимаясь ко мне в лихорадочном голоде. Он проводит рукой по моему боку, останавливаясь чуть выше бинта. Он отстраняется, тяжело дыша.

— Я не могу рисковать…

— Можешь и рискнешь, Лиам. — Я зарываюсь пальцами в его волосы и притягиваю его обратно к себе. — Я тоже тебя хочу.

— Блядь.

Он накрывает мое тело своим: одна рука упирается рядом с моей головой, другая скользит вниз по бедру, закидывая мою ногу ему на талию. Я выгибаюсь ему навстречу, забыв о боли, прошлом, настоящем и обо всем остальном.

Он снова ласкает меня — сначала медленно, а затем осмелев и погружая в меня два пальца. Он не двигается, давая моему телу привыкнуть.

Я не могу не податься навстречу его руке, нуждаясь в большем. Нуждаясь во всем.

Он стонет, прикрывая глаза.

— Господи, Док. Я обожаю то, как ты ощущаешься. Как моментально, блядь, становишься мокрой. Для меня.

Призрак проводит большим пальцем по клитору, и мои бедра дергаются. Он делает это снова и снова. До тех пор, пока я не начинаю тяжело дышать, натираясь о его руку, отчаянно нуждаясь в разрядке.

Я знаю, что нужно быть осторожнее с раной, но не могу себя контролировать. Не могу сдержать звуки, срывающиеся с губ. Весь мой мир сосредоточен на нем и на том, что он со мной делает.

Призрак подается вперед, касаясь моих губ своими.

— Ты мне нужна. Сейчас.

Он вытаскивает пальцы, чтобы стянуть с меня трусики и раздеться самому, а затем обхватывает свой член и медленно вводит его в меня. Ощущения настолько ошеломляющие, что кружится голова. Когда я судорожно вздыхаю, он останавливается, давая мне мгновение привыкнуть. Как только я расслабляюсь, он продвигается дальше, дюйм за дюймом, пока не оказывается во мне целиком.

На мгновение Призрак замирает; его тело дрожит, на лбу выступает пот.

— Тебе лучше, блядь, сказать, если я делаю тебе больно.

Я внутренне собираюсь, но его толчки медленные и размеренные, а взгляд прикован к моему.

— Женева, — хрипит он, словно предупреждая меня. Или самого себя.

Когда я впиваюсь ногтями ему в спину, подгоняя его, он дергается. Ритм теряет свой осторожный контроль, сменяясь острой необходимостью. Его толчки становятся неистовыми. Животными.

Он хватает меня за бедро до синяков, пальцы впиваются в мягкую плоть. Каждое движение грубое и безрассудное, подчиняющее меня еще сильнее. Он снова произносит мое имя, но на этот раз не как предупреждение. А как капитуляцию.

— Блядь. — Он стонет, крепко зажмурившись. — Не знаю, сколько еще смогу ждать.

Все мое тело горит. Кровь кипит. Давление внутри нарастает.

— Призрак, я кончаю.

Он толкается сильнее, с силой вбиваясь в меня бедрами.

— Не Призрак. Лиам.

Звук его голоса, то, как он произносит моё имя, заставляет меня кончить сильнее. Он рычит, его член дёргается внутри меня. Секунду спустя он следует за мной в экстаз.

Он не наваливается на меня сверху, избавляя от тяжести своего тела. Вместо этого перекатывается на спину и притягивает меня к себе под бок; его рука обвивается вокруг меня, словно щит.

Я прижимаюсь щекой к его груди и слушаю биение его сердца — мерный барабанный стук под кожей.

Он лениво вычерчивает узоры на моей спине.

— Ты в порядке? — хрипло бормочет.

Я киваю.

— Не ври мне, Док.

Закрываю глаза.

— Всё… болит.

Его рука замирает на моей спине.

— Проклятье.

— Нет, всё хорошо. Правда. После того, что произошло, мне это было нужно. Мне был нужен ты, Лиам.

Он утыкается лицом в мои волосы и вдыхает их запах.

— Я всё думаю: а что, если бы та пуля убила тебя?

— Не убила, — шепчу я. — Я все еще здесь.

Он немного смещается, лишь для того, чтобы приподнять мой подбородок и встретиться со мной взглядом.

— Ты не понимаешь, — мягко говорит он. — На мгновение я подумал, что потерял тебя. И это что-то со мной сделало. Что-то во мне сломало. Как будто я заново потерял Эбби, но каким-то образом это было еще хуже.

Его слова ранят меня сильнее, чем когда-либо смогла бы ранить пуля.

Он не вздрагивает. Не берет свои слова назад и не извиняется. Просто смотрит на меня.

— Раньше мне казалось, что я сломан, — говорит он. — Но ты изменила меня изнутри. Помогла мне по-настоящему понять, что значит быть живым. И когда я увидел тебя истекающей кровью, я… — Он замолкает, стискивая зубы. — Я увидел не просто смерть. Я увидел мир, в котором тебя нет. И он, блядь, невыносим.

Я прижимаю ладонь к его груди, прямо над сердцем. Оно колотится. Неровное и живое.

— Я здесь, — шепчу я.

— Я не понимаю концепцию вторых шансов. Но я вижу свой второй шанс в тебе.

Я пропускаю пальцы сквозь его волосы и тяну его к себе, дыхание к дыханию. Сердце к сердцу.

— Тогда не упусти его, — шепчу я. — Живи со мной. Ради меня.

— Будто я уже не живу так. Будто не начал с того самого момента, как впервые тебя увидел.

52.Призрак