Шакиров скользит от моего лица вниз к предложенной ему одежде. И так же не спеша ведет в обратном направлении.

– Доброе утро, – произносит он хрипловатым голосом.

О боги свеклы и картофельного урожая! Нельзя быть таким красивым!

– Вопрос, что здесь ищешь ты.

– Примерно то же самое. Я забыла взять одежду для дома. Дашь поносить? – почти перейдя в ультразвук, пищу я.

Рамиль слегка склоняет голову набок. Забирает у меня одежду. Натягивает штаны. А я… Я ведь даже в этот момент не могу заставить себя отвернуться! Пялюсь, открыв рот, словно никогда голого мужика не видела!

Впрочем, он обрезанный. И такое я действительно вижу впервые.

А-а-а! Боже мой, о чем я вообще думаю!

– Без проблем. Бери, – кивает Рамиль, натягивая свитшот. То ли от приложенных к этому действу усилий, то ли бог его знает от чего еще, голос его звучит как-то сорвано и… сипло? С чего бы? Я-то стою в полотенце. Да, не самая надежная защита, реши он прибегнуть к приемчикам Синей Бороды, но тем не менее.

– С-спасибо. Я все верну, когда этот спектакль закончится.

– Не за что, – уголок его рта дергается. – И вот. Купи себе все, чего не хватает.

Шакиров открывает одну из незаметных ячеек, достает карту и протягивает мне. Отказываться, наверное, глупо? Особенно учитывая тот факт, что это из-за него я терплю неудобства.

– Ну, да, неудобства, как же… – закатывает глаза проснувшаяся во мне зануда, – Просто невыносимая жизнь у тебя здесь, Мариш! Свежий воздух, роскошные хоромы, деньги опять же…

– Ну, ты насмотрелась? – интересуется он. – Я могу идти?

Он что, смеется? О господи! Резко отворачиваюсь к полкам, делая вид, что меня страшно заинтересовали сложенные стопкой футболки. Сердце колотится как ненормальное. Щеки горят. Я хватаю первые попавшиеся вещички и вылетаю из гардеробной пулей.

– Что ты будешь на завтрак? – кричу из коридора.

– Протеин.

Ну уж нет. Извините, но давиться химией я не буду. Помнится, в том фермерском магазине он брал творог. Судя по стоимости, приготовленный из молока единорога. Надеюсь, протеина в единороговом молоке достаточно. Сырники с диетическим греческим йогуртом – вот, чего я хочу.

К счастью, готовка отвлекает от непотребных мыслей. А лежащая в кармашке карта добавляет немного стабильности в жизнь. Замешиваю тесто, убегая мыслями к просмотренным ночью роликам. Грядки, посадки, компост… Вспоминаю и приснившийся под утро сон. Правда, теперь Рамиль видится мне в тех злосчастных сапогах голым. Меня и в смех бросает, и в жар…

Сбрызгиваю сковороду маслом из распылителя, чтобы снизить калорийность блюда. Перекладываю йогурт в красивую вазочку. Достаю отборную голубику. Переворачиваю сырники. Дождавшись, когда те подрумянятся, красиво выкладываю на тарелку, украшая ягодами и листочком мяты. Ее, кстати, тоже не мешало бы посадить!

7.2

Рамиль заходит на кухню, как раз когда я делаю фото получившегося натюрморта. Мне нравится делиться подобного рода красотой у себя в соцсетях. К тому же у меня действительно неплохо получается работать с композицией и светом – спасибо очередным никому не нужным курсам.

– Чем пахнет?

– Сырниками. Садись.

– Я не буду есть сырники.

– Почему?

– Они калорийные.

– Я посчитала КБЖУ – вот.

Реально протягиваю ему заметку на телефоне. Шакиров пробегается глазами по экрану и, сощурившись, бросает:

– Масло для жарки?

– Ми-ни-мум. У тебя очень удобный диспенсер. К тому же нам сегодня придется сегодня здорово попотеть. Смело ешь и ничего не бойся. Обещаю, мы сожжем все полученные калории, и даже больше.

– Я не люблю потеть. Это мерзко. Что ты задумала?

С жадностью наблюдаю за тем, как Шакиров с опаской берется за приборы, будто не зная, как подступиться к моим сырничкам. Да ладно! Не собираюсь я его травить. Мне от этого какой выхлоп?

– Опять пялишься! Мне кусок в горло не лезет!

– Ну, так прожуй и скажи уже: «Блин, Мариш, вот вкуснотища!» И я займусь своими делами.

– А-а-а. Надо похвалить, – Шакиров с облегчением кивает, наконец, сориентировавшись в ситуации, сует кусочек сырника в рот, жует и, только крайне придирчиво изучив вкус, кивает. – Да, Мариш. Действительно неплохо.

Скриплю зубами. И чтобы ему не втащить, испортив такое чудесное утро, утыкаюсь в телефон.

– Нам нужно построить вот такие ящики, – показываю Рамилю фото. Тот сглатывает.

– Зачем?

– Чтобы соорудить подобные грядки, – чтобы перелистнуть фотографию, мне приходится к нему сильнее наклониться. Знакомый аромат его тела щекочет нос и делает что-то странное с моим пульсом…

– У тебя сегодня что – выходной? – сипит Шакиров.

– Да. Я не говорила?

– Нет, – откашливается он.

– Ну, тогда говорю. В поселке есть какой-нибудь строительный?

– Да, на въезде. Но я не собираюсь ничего пилить и строгать.

– А как же наша рассада?! Между прочим, в нынешнее время – это единственная надежная инвестиция.