— Какого хрена? — прорычал он, пытаясь подняться, но безуспешно. — Что со мной? Что происходит?

— Ты болен. Тебя ранили. — Элиза сидела рядом, её карие глаза были влажны от слёз и полны тревоги. — Ты пробыл без сознания несколько дней. Единственный раз, когда ты пошевелился, был, когда Мать-Целительница меняла повязку на спине.

— Моя спина? — Он осторожно пошевелился и застонал. — О, как больно!

Элиза прикусила губу.

— Прости. Она сказала, что листья вытянули большую часть яда, но часть ещё осталась внутри. Я не… не уверена, сколько времени потребуется, чтобы он вышел.

Меррик стоически кивнул и закрыл глаза.

— Хорошо. Я справлюсь.

— Но тебе приходится расплачиваться за меня! — выпалила Элиза. — На твоем месте должна быть я. Тебе следовало позволить мне принять наказание — ведь заслужила его я.

Меррик снова открыл глаза и нахмурился, глядя на неё.

— Ещё чего. Разве я не говорил, что буду защищать тебя при любых обстоятельствах? К тому же… — Он вздохнул. — Мне легче терпеть боль самому, чем видеть, как страдаешь ты. Так проще… лучше.

— Не для меня. — Ее глубокие карие глаза наполнились слезами, когда она посмотрела на него. — Мне так жаль, Меррик… Я не должна была игнорировать твоё предупреждение. Я не нарочно — просто тот маленький синий пони, то есть биллиб, которого я спасла от ксенокса, последовал за мной до самого лагеря. А когда я попыталась прогнать его, он направился прямиком в Глубокую Синь.

— И ты, конечно, бросилась за ним спасать его снова, — прорычал Меррик.

Он не знал, смеяться ему или злиться.

«Что связывает Элизу с этими биллибами?» — подумал он.

Она кивнула.

— Да, я хотела просто схватить его и сразу вывести обратно в обычные джунгли, но он нашёл для меня растение скрилликс. И я подумала: «О, отлично, просто возьму ветку с собой, и все наши проблемы будут решены». — Она вытерла глаза тыльной стороной ладони. — Видимо, я ошибалась, да?

— Похоже на то, — буркнул Меррик. — О боги, мне нужно подняться и посмотреть, в каком состоянии спина. — Несмотря на протесты Элизы, он приподнялся, усаживаясь, и осторожно попробовал напрячь мышцы.

Спина уже не горела огнём — теперь казалось, будто десять тысяч барсийских ос вонзают в неё жала.

Меррик поморщился. Яд в когтях того ублюдка был вовсе не шуткой. Интересно, сколько времени потребуется, чтобы он вывелся из организма.

— Как ты себя чувствуешь? — тревожно спросила Элиза.

Меррик взглянул на её глаза — всё ещё влажные от слёз — и понял, что не может сказать правду.

— Немного тянет, — ответил он, снова напрягаясь и пытаясь подавить стон. — Но я справлюсь.

— Ложь сладка на устах, но ядовита для слуха, — раздался новый голос.

Меррик быстро обернулся, чтобы увидеть, кто подкрался сзади. От резкого движения ему показалось, будто молния ударила прямо между лопаток. На этот раз он не смог полностью сдержать стон боли.

— Видишь? Ложь. — Говорила старуха в длинном свободном синем одеянии, традиционном для женщин Древних.

Элиза тоже была в таком, заметил он.

«Вероятно, дали ей, чтобы прикрыть богохульное красное белье», — сухо подумал он.

— Кто вы? — Его голос прозвучал хрипло.

— Это Мать-Целительница, — сказала Элиза. — Она ухаживала за тобой… за нами обоими, если честно. — Она попыталась улыбнуться, но Меррик понял: хоть Элиза и благодарна старухе, чувствовать себя в её присутствии ей неуютно.

«Вероятно, потому что чертовски сложно расслабиться рядом с тем, кто тебя осуждает», — подумал он, пока старуха бросала на Элизу кислый взгляд.

— Спасибо, что позаботились о моей спине, — сказал он, напряжённо наклонив голову. Резкая боль, пронзившая позвоночник, заставила его тут же пожалеть о жесте.

— Тебя тяжело ранили. Все, что могла, я сделала. — Она фыркнула. — Тебе повезло, Киндред, что твой вид быстро заживает.

— Видимо, недостаточно быстро, — сказал он, снова поморщившись. — Спина всё ещё будто содрана.

— Вовсе нет. — Обойдя его сзади, она начала быстро и деловито снимать что-то со спины.

Меррик наблюдал, как маленькие розовые листья, которые она прикладывала к спине, опадают вниз, и старался не морщиться, когда их отрывали. Когда убрали последний лист, он услышал тихий вздох удивления Элизы.

— О, всё зажило! Остались лишь шрамы. Множество шрамов, но всё же…

— У меня и так полно шрамов. Несколько дополнительных не побеспокоят, — автоматически ответил Меррик. Но если раны уже покрыты рубцами, почему всё ещё так больно?

— Оставшаяся боль вызвана ядом горького анкса, который всё ещё задержался под кожей. Он не исчезнет, пока ты не получишь противоядие.

— Какое противоядие? — потребовал Меррик одновременно с тем, как Элиза спросила:

— Оно у вас есть?