Локи уставляется на его ладонь так, словно та может в секунду трансформироваться в ствол винтовки и разнести ему череп. Торчащий рядом Тимос тоже недоуменно сдвигает брови.

— Вроде врачи не говорили ни о каких повреждениях мозга после несчастного случая, — выдаёт Тейя. — С чего вдруг мой сын несёт эту херню?

— По-моему, эти повреждения у него с рождения, — бурчит Тим.

Арес фыркает и помахивает зависшей в воздухе рукой: — Да кто я такой, чтобы его судить? Если бы мне кто-то приказал укокошить незнакомого чувака ради спасения Хелл, я бы его прикончил дважды. А то и трижды — чисто для верности.

За этим следует неловкая пауза. Даже Локи не ожидал подобной реакции; в конце концов, он жмёт ему руку и коротко кивает.

— Мне жаль, — произносит он голосом, без единого колебания.

Тейя подскакивает на ноги, её длинные волнистые волосы взметаются вокруг лица: — Я сделаю так, что тебе станет ещё жальче…

Тимос вырастает перед ней, блокируя её путь с абсолютной лёгкостью: — Парень нам помогает. Им манипулировал Уран — как и многими другими до него. Да, он накосячил, и он ответит за это, но сделал он это не из зла. Если ты нанесёшь ему увечья, это ничего не решит, Тейя.

— Да ладно тебе, мам, — хмыкает Арес. — Как думаешь, почему я до сих пор жив?

— Потому что ты фартовый ублюдок.

Он качает головой в знак несогласия: — Он стоял в двух метрах от меня. Прицелился ровно в сердце. Он мог бы уложить меня без проблем. Но он колебался достаточно долго, чтобы Тим успел вмешаться, а потом спустил курок случайно. Почему?

— Потому что он… — начинает заводиться Тейя.

— Потому что он не хотел этого делать на самом деле, — перебивает её Арес. — Он хотел спасти Гермеса, но в глубине души понимал, что это не тот путь.

Судя по тому, как пристально Локи смотрит на него, я полагаю, что он с абсолютной точностью считал его губы. Впрочем, он не торопится ни отрицать, ни подтверждать это. Его тело натянуто как струна, щёки слегка порозовели, а пальцы рук нервно перебирают воздух вдоль бёдер.

Тейя, кажется, вот-вот готова признать его правоту, но всё равно остаётся самой упёртой женщиной на свете. Она поворачивается к нам спиной и затворяется в одной из двух ванных комнат. Спустя пару мгновений оттуда доносится грохот предметов, шмякающихся о кафельный пол.

Арес сжимает губы в узкую линию: — Ну, лучше уж освежители воздуха в ванной, чем башка Локи о стену.

Я подавляю нервный смешок и поднимаюсь с дивана, уступая своё место Хелл. Ей дважды повторять не приходится: она тут же мостится под бок к Аресу. Голова моего двоюродного брата мгновенно роняется ей на плечо; он приподнимается лишь для того, чтобы запечатлеть быстрый поцелуй на её шее.

Постепенно мы возвращаемся к «нормальности». Не то чтобы наша нормальность имела хоть что-то общее с реальностью обычных людей.

Локи отходит в сторону, пока Тим с усталым вздохом возвращается в кухонный уголок к своему кофе. Я бесшумно следую за ним и прислоняюсь к стойке, скрестив руки на груди.

На диване, в нескольких метрах от нас, Хелл и Арес тихо перешёптываются, осыпая друг друга нежностями — от этого у меня встаёт ком в горле.

— Чего тебе, Херм? Иди к Локи, — бурчит агент, помешивая сахар.

Я ничего ему не отвечаю. Вместо этого я внимательно въедаюсь взглядом в каждое его движение. Он делает глоток кофе, проверяя, достаточно ли тот сладкий, ставит сахарницу обратно на стойку рядом со солью, а затем делает самую дикую и неожиданную вещь на свете.

Он достаёт книгу из чёрного рюкзака и усаживается за кухонный стол. Открыв её на определённой странице, я замечаю, что он даже использует закладку.

Из меня вырывается улыбка: — Так, вот этого я ещё не видел. Ты с каких пор читаешь?

Он потягивает кофе, и на мгновение его глаза встречаются с моими: — Мне стоит обидеться? Это настолько аномально, что я держу в руках книгу?

Я вскидываю руки: — Да нет, вовсе нет, ты чего. Просто я никогда не видел в твоих руках ничего, кроме ствола.

— Дейзи составила мне список книг, которые, по её мнению, мне стоит прочесть. Чтобы втянуть меня в чтение, — шепчет он, но в конце его голос даёт сбой, и он прочищает горло. — У меня было не так много времени, но потихоньку я их все проглатываю. Сегодня вечером нам остаётся только ждать, и уж точно я не намереваюсь делать это, глядя, как эти двое засосы ставят.

Оу.

Сначала это бьёт по дых. Но я поражаюсь тому, как быстро эта боль уступает место приливу тепла и тихой радости. Это настолько в стиле Афри, настолько красиво, что я просто не могу из-за этого страдать.

— Что читаешь сейчас?

— «1984».

Мои глаза лезут на лоб: — Ты не читал её за все свои тридцать два года жизни?!

Он фыркает: — Нет. А ты читаешь?

— Нет.

— Ну и какого хера ты…

Я пожимаю плечами: — Наделся, что ты не спросишь.