Они подчиняются и быстрым движением досылают патроны в патронники, пока из клубов дыма неторопливыми шагами к нам выступает силуэт. Это он. Я задерживаю дыхание.
— Пули против него не работают! — Сердце скачет у меня в груди. — Ты должен приказать отступать!
— Хватит нести эту чушь! Я тебя ничему не научил, что ли?!
Я открываю рот, чтобы возразить, но вот и он. Артур, облаченный в черный боевой мундир, с зачесанными назад волосами, останавливается и разминает шею вправо и влево. Он ухмыляется — так, будто на него не наставлены десятки автоматных стволов.
— Мы ударим по нему со всех стволов и всем имеющимся оружием, без секунды передышки, — отец поднимает руку. — СОЛДАТЫ, НА СЧЕТ «ТРИ»!
Я округляю глаза:
— Погоди!
— РАЗ…
Артур не шевелится ни на сантиметр.
— …ДВА…
Красные точки лазерных прицелов покрывают его тело.
— …ТРИ! ПЛИ!
Шквал свинца разрывает воздух, и каждая жилка в моем теле натягивается. Дым вокруг Артура становится настолько плотным, что полностью скрывает и поглощает его.
— ПРОДОЛЖАТЬ ОГОНЬ! — рявкает отец, и канонада удваивается.
С той стороны царит глухая тишина, и это разверзает бездну у меня в груди. Они не отвечают. Почему? Я поднимаю взгляд на стены и замечаю головы Нанука и Алази, замерших на своих позициях.
— Это не работает… — задыхаюсь я от дрожи.
Отец бросает на меня косой взгляд:
— Что я тебе говорил?! — Повышает он голос, перекрывая грохот выстрелов.
Я качаю головой, и первобытный ужас овладевает мной. Где она?! Я оглядываюсь по сторонам, но дым мешает мне разглядеть её, а грохот канонады явно не помогает определить её местоположение. У меня не остается выбора.
Я делаю глубокий вдох и набираю полные легкие воздуха:
— СОЛДАТЫ, ПРЕКРАТИТЬ ОГОНЬ!
Выстрелы стихают. Отец испепеляет меня взглядом, способным испепелить на месте, но я игнорирую его и прищуриваюсь, выискивая её.
— Ты хочешь нас всех сгубить?! — взрывается он. — Тебе это кажется шуткой?!
— Она здесь!
— Кто «она», Анна?!
— Его Невеста!
Вспышка ужаса проносится в его глазах, и он, как и я, поворачивается к рассеивающемуся облаку дыма. Мы оба ищем недостающую деталь мозаики, чья сила еще никогда не встречалась в истории королевств.
— И это всё, Тиберий? — Голос Артура леденит кровь в моих венах.
Дым окончательно рассеивается, и он выходит из него невредимым — без единой царапины. Словно пули просто испарились в воздухе. Он поглаживает подбородок:
— А я-то надеялся повеселиться. Какая жалость.
Отец сжимает челюсти:
— Солдаты, наготове!
Артур растягивает губы в улыбке — и настоящий ад разверзается на земле.
Дым исчезает, открывая перед нами жуткую картину. Отряд воинов в красных мундирах — воинов Королевства Азия — выдвигается из ворот во главе с Элайджей, сжимающим в руках меч. Их не меньше сотни… или даже больше.
— ПРИГОТОВИТЬСЯ К ОГНЮ ПО ВОРОТАМ! — громоподобно орет отец. — СОЛДАТЫ, ОТКРЫТЬ ОГОНЬ!
Шквал пуль накрывает Элайджу и его отряд, но никто из них даже не шелохнется. И вот она появляется во всем своем ужасающем могуществе: Лавиния выскальзывает из-за спины Артура, заслонявшего её своим телом, и рвет вперед, швыряя шар из синего пламени прямо навстречу пулям.
Она испепеляет их мгновенно, без малейшего усилия, и одного её присутствия достаточно, чтобы посеять панику в рядах солдат.
— Это же…
— Н-невозможно…
— Да как так-то… Мы погибли!
— Надежды нет! Никто и никогда не побеждал их двоих!
Паника растекается от одного к другому словно заразная, неизлечимая болезнь.
— СОЛДАТЫ! — Голос отца перекрывает панические шепоты. — СРАЖАЙТЕСЬ ЗА КОРОЛЕВСТВО И НЕ ПОДДАВАЙТЕСЬ СТРАХУ! ЕСЛИ МЫ ПАДЕМ, ЧТО СТАНЕТ С НАРОДОМ И ВАШИМИ СЕМЬЯМИ?! ВЫ ПРАВДА ХОТИТЕ ВСЕ БРОСИТЬ И СДОХНУТЬ, ДАЖЕ НЕ ПОПЫТАВШИСЬ ЗАЩИТИТЬСЯ?!
— НЕТ, СУДАРЬ! — отзываются они хором.
— Я НЕ СЛЫШУ!
— НЕТ, СУДАРЬ!
Он вскидывает руку:
— ТОГДА ПЕРВАЯ И ВТОРАЯ ШЕРЕНГА — ВПЕРЕД С ОГНЕУПОРНЫМИ ЩИТАМИ! ТРЕТЬЯ И ЧЕТВЕРТАЯ — В АТАКУ С МЕЧАМИ! СНАЙПЕРЫ — НА ПОЗИЦИИ!
— ЕСТЬ, СУДАРЬ!
Движимые безумным, суицидальным порывом, они бросаются на бушующий огонь с отчаянным криком. Они все помрут.
Я выхватываю меч из ножен стражника справа от себя и сжимаю рукоять. Я не буду стоять и смотреть, как они умирают! Я делаю шаг вперед, но двое стражников мертвой хваткой сжимают мои руки, а отец выбивает меч из моих пальцев.
— Уведите её в безопасное место, — приказывает он, даже не встречаясь со мной взглядом.
— Есть, сударь!
Я округляю глаза: