— Рад знакомству. Любой друг Мэриан — мой друг. — Он переводит взгляд на меня: — Что ищем, Мэриан? Очередной заказ для мастерской? Потому что если так… — Он испускает тяжелый, хриплый вздох. — Я знаю, твоей вины тут нет. Но твой дядя задерживает оплату по счетам.

Сердце болезненно сжимается в груди.

— Мне так жаль, Джимми.

— Пару тысяч задолжал, — говорит Джимми. — Мне правда придется потребовать с него деньги. Даже при том, что…

— Я знаю, знаю, — быстро перебиваю я. — Я сделаю так, чтобы он заплатил. В общем, э-м, нет. Это для личного проекта. Так что этот заказ не нужно вешать на счет мастерской.

— Ну, тогда ладно. — Джимми не выглядит так, будто до конца мне поверил, но он слишком уважает меня, чтобы лезть с расспросами. — И что же тебе нужно?

Я достаю из кармана смартфон и начинаю зачитывать список, который набрала заранее. Стоило мне начать, как седые кустистые брови Джимми поползли вверх.

— Надо же, посмотрите на нее, мисс Технологический прогресс. — Он щурится, переводя взгляд с телефона в моей руке на Эл-Джея, а затем снова на телефон. — Ты точно та самая Мэриан?

Сердце начинает стучать чуть быстрее.

— Ага, все та же я, — выдавливаю я, пытаясь изобразить непринужденное веселье. Кажется, я уже забыла, как обычно себя веду и какая я на самом деле теперь, когда моя жизнь так круто изменилась всего за неделю.

Я заканчиваю диктовать список, и Джимми с трудом переносит все от руки в блокнот, снабжая записи какими-то своими пометками. Затем он шкандыбает к древнему компьютеру — гигантской бежевой коробке, громоздящейся на углу прилавка, нацепляет очки для чтения, которые сползают на самый кончик его носа-картошки, и начинает методично вбивать позиции в базу данных, ища детали поштучно.

— Некоторые позиции придется подождать пару недель, — качает он головой. — На вторичке их не найти, так что надо заказывать из-за границы.

— Ничего страшного, — соглашаюсь я.

За нашими спинами снова звякает дверной колокольчик. Я оглядываюсь и вижу двух вошедших парней — очевидно, водителя и пассажира того самого «Форда F-150». Один — низкорослый, коренастый, из-под его тракерской кепки торчат волосы, грязные и сальные, как блок цилиндров. Второй — высокий, поджарый, загорелый и весь в морщинах, как старая бейсбольная перчатка, хотя на вид он едва ли сильно старше меня.

Может, мне просто кажется, но я чувствую, как Эл-Джей рядом со мной весь подбирается и каменеет.

— Так, теперь насчет той японской детали, — продолжает Джимми со скоростью раненой улитки. Он стучит ластиком карандаша по экрану. — Я мог бы достать тебе неоригинал. Но, если честно, оно того не стоит. Сэкономишь от силы долларов пятьдесят, ну может семьдесят пять, а деталь приедет почти целиком из пластика.

— Если лучше взять оригинал, то давайте его, — говорю я. — Нам нужно качество. Деньги не проблема. — Я мысленно кривлюсь, пожалев о последней фразе в ту же секунду, как она слетает с языка. Нервозность заставляет меня болтать лишнее.

Я слышу шаги мужчин за спиной и их неразборчивое шушуканье друг с другом. Мне это не нравится. Не могу объяснить почему, но в их поведении сквозит что-то хищническое. Я не новичок в проявлениях скрытой агрессии, а молодая девушка в профессии, где рулят старики. Это, можно сказать, издержки производства. Но сейчас, без привычного рабочего комбинезона и, в этих дорогих новых шмотках, я совсем не похожа на человека, который знает, с какой стороны браться за торцевой ключ.

— Ну, тогда ладно, — отзывается Джимми и ковыляет к своей счетной машинке. — Давай-ка я подведу итог.

— Да, давайте, — выдавливаю я, и мой голос срывается на писк. Я осмеливаюсь искоса взглянуть на Эл-Джея, и выражение его лица пугает меня так сильно, что у меня едва не вырывается вскрик. На его застывшем лице горит ярость, а глаза метают молнии, нацеленные прямиком на наших деревенских приятелей.

— Чувак, — шепчу я одними губами. — Остынь.

Мне и самой не по себе. Мне не нравится, когда вокруг меня кто-то крутится. Но, скорее всего, эти двое просто немного перебрали дешевого виски «Wild Turkey», накурились вейпов с заправки и решили, что могут ко мне подкатить. Эл-Джей молчит, но я вижу, как под густой бородой ходят желваки.

— …и четыреста девяносто три… — монотонно бубнит Джимми, не торопясь нажимая на кнопки счетной машинки. Я знаю, что просить его поторопиться бесполезно, но, боже, как бы мне хотелось, чтобы он хоть раз в жизни ускорился.

И тут меня кто-то тыкает сзади ниже поясницы.

— Эй! — Я резко разворачиваюсь, скорее от неожиданности, и натыкаюсь на долговязого приятеля с тем, что он, должно быть, считает чертовски соблазнительной ухмылкой. Он скалится, его паршивая козлиная бородка расходится, обнажая испачканные табаком зубы, но ни единого звука из его рта так и не вылетает.

Потому что кулак Эл-Джея выбивает из него всю спесь вместе с этой самой ухмылкой.