— Прошу прощения, сэй. Но вы должны пойти со мной.

— Куда? Зачем?

— Разве вы не хотите узнать, что случилось с молодым человеком и девушкой, которые бросили вашего друга на корм вомпи? Не хотите узнать, что делать дальше?

Джек все еще пытался сообразить, что же будет дальше. Мысль двинуться вперед — возможно, на юг, а возможно, и вовсе к Бесконечным Снегам — не зря мелькала у него в голове. А почему бы и нет? В конце концов, он ведь Странник Джек; Спиди Паркер оказался чертовски прав на этот счет. Конечно, оставалась еще Прорва; она разрасталась, и когда наберется достаточно красноголовых рабов для поддержания ее тяги, она поглотит весь мир, но какая-то часть его души желала сказать: «Провались она, эта Прорва». Он через многое прошел. Он устал и был по горло сыт всякой чертовщиной, пускай кто-нибудь другой со всем этим разберется, пускай кто-нибудь другой побудет героем, а ему пора бы и в отпуск.

Разумеется, такой выход был малодушным и отдавал жалостью к себе. Он это знал. Такой выход ставил сиюминутное спокойствие выше грядущего апокалипсиса. Это он тоже знал. Но разве сам Христос не просил Отца своего пронести чашу мимо его губ? А он уж точно был не той лиги игрок.

Выигрывая время, Джек спросил:

— Откуда ты знаешь про Дейла?

— Я знаю многое.

— Говоришь как истинный оракул. А знал ли ты, что бо́льшая часть оружия, которое ты доставил Янгбладу, окажется неисправной?

Хестин ничего не ответил.

— Знал ведь, верно?

— Ка — это колесо. Попытка изменить его ход лишь превращает мелкие неурядицы в великие катастрофы.

— Если бы я в это верил, то покончил бы с собой.

На это Хестин тоже ничего не ответил. Словно подобное замечание и ответа-то не заслуживало.

— Ты ведь не более человечен, чем была Баззи. Так ведь?

Эйден Хестин и этот вопрос оставил без комментариев.

— Сэй Джек, если вы хотите спасти этот мир — а весьма вероятно, и вообще все миры, — вам и вашему ка-тету предстоит пройти еще долгий путь.

— Почему?

— Идите со мной, сэй.

— Знаешь что, пожалуй, я откажусь. Погибли люди. Тебе этого, наверное, не понять, но люди, блядь, погибли. Дети, которые никому ничего плохого не сделали. Я сделал все, что мог, и ничего не вышло. Оставь меня в по…

Хестин произнес:

— Без пяти девять. В Париже.

— Что? Что ты сказал? — голос Джека прозвучал сдавленно, словно у человека, получившего подлый удар под дых.

— Пойдемте со мной.

И Джек пошел.

3

Джордж Элгин, Ларри Магрудер, Мэри Кли и Ричард провели ночь в Роузвуд-Холле. Восточное крыло превратилось в пепел, но в западном крыле все еще оставалось семь спален, каждая из которых с работающими туалетами и ваннами, куда по-прежнему подавалась горячая вода. Джек почувствовал укол зависти, но ничуть не удивился, когда Ричард пошел вместе с Мэри, удостоив его лишь коротким мимолетным взглядом.

Рай Коннорс проводил Элис до дома Стайнсов, и Джек понимал — не благодаря интуиции, а только потому, что слишком давно знал Хаффе и Элис, — что Элис будет спать в одной комнате, а Райал в другой. В какой-то момент в будущем они, возможно, и разделят одну постель, но это время еще не пришло, да и не придет никогда, если только Рай не станет разыгрывать свои карты с предельной осторожностью. Джек не питал к Коннорсу особой симпатии, но уважал его способность читать людей и верил, что Райал не потратит попусту свой шанс, начав действовать слишком рано. И если в какой-то момент они сойдутся, Джек ни капли не сомневался, что Рай будет относиться к ней с тем уважением, которого она заслуживает и которое привыкла принимать как должное.

Утром после того, как они воссоединились — стали ка-коммала, выражаясь на местном наречии, — шесть человек и один ушастик-путаник завтракали на кухне Холла. Джордж Элгин напек еще блинчиков, на этот раз щедро посыпав их шоколадной стружкой из кондитерской Кэйдена, пакет с которой он отыскал на верхней полке вместительной кладовой. Ели все с жадностью. Слышался смех, и даже Элис выдавила подобие улыбки, наблюдая, как Ричард охотится за брошенными кусочками блинчиков и приносит их Мэри.

— Можешь забрать его себе, — сказала Мэри, когда путаник протянул ей один из кусочков. Ричард тут же его заглотил.

— Он ужасно милый, — заметила Элис.

— Ты бы так не думала, если бы видела, что он делает с плунджа, — ответила Мэри.

— Значит, это правда? Они зачаровывают этих жутких тварей?

— Правда. — Мэри бросила еще кусочек блинчика. Ричард метнулся за ним.

— Что-то ты больно тихий, — сказал Ларри Джеку. — Что с тобой такое?

— Прошлой ночью у меня был гость. Дал мне массу пищи для размышлений.

— Кто? — спросил Джордж.

— Расскажу позже. Все расскажу. Сначала нам нужно выбраться на Тракт. Собрать тарелки Орисы и заняться нашими покойниками.